В водах Японского моря, у южной оконечности Сахалина, терпит бедствие российский танкер «Луч». Причина аварии непонятна, кроме всего прочего пропадает без вести капитан судна вместе с бортовыми документами. Вокруг «Луча» начинается непонятный ажиотаж: похоже, многие страны проявляют интерес к этому судну и его пропавшему капитану. На поиски капитана из Москвы в Японию отправляется группа разведчиков, в которую с особым заданием включен Александр Турецкий, оставивший службу в прокуратуре… А далее события начинают развиваться самым неожиданным образом…
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
всю мочь заорал Митяй, совершенно опьянев от близости спасения и еще оттого, что друзья рядом.
Он хотел было совершить последнее усилие, чтобы выбраться на крышу, но тут услыхал, что тюремщики совсем рядом, и вдруг увидел направленное мимо него пистолетное дуло.
«Почему мимо? — успел подумать он. — Ах да… Мартышка!.. Они хотят застрелить пацана!.. Не меня, а мальчишку!..»
И Митяй уже в полубреду подался вперед и закрыл собой небо и худенькую фигурку корейского пацана на фоне перистых облаков.
Выстрел прозвучал вместе с оглушительным взрывом…
Раздолбанная «тоёта» никак не хотела заводиться. У Турецкого уже кончались патроны, Гладий только бессильно скрежетал зубами, он бы смог своими руками передушить человек пять корейских охранников, но они не подходили близко, а издали шквальным огнем поливали отступающих.
— Ты это точно видел?! — уже в который раз сквозь шум боя прокричал Вене Турецкий.
— Да видел, видел, — почти плача отвечал Сотников. — Убили его! Убили.
Крик Митяя — «Ребята!!!» — до сих пор стоял последним трагическим призывом в ушах Турецкого.
Он не видел, как погиб Митяй, это видел только Веня, пробравшийся на территорию лагеря, на самый плац. Это он видел в слуховом окне мальчишескую фигуру, а за ней мощный торс Козлова. Сразу понял, что за Козловым и пацаном погоня. Он навел гранатомет чуть левее, чтобы взрывной волной отбросило преследователей, а Митяю дало уйти.
Но когда дым от взрыва рассеялся, по крыше бежал только юркий пацан, а тело Митяя, чуть подержавшись на карнизе, рухнуло вниз, прямо на утоптанный снег.
Митяй, жмот, скандалист, мелкий расист и куркуль, закрыл своим телом от смерти корейского мальчишку. Это удивленное отчаяние пронеслось в голове Вени стремительной красной стрелой.
Он метнулся было к телу, но изо всех окон начали стрелять, пули ложились совсем рядом, подползти к телу Митяя было невозможно. Да Вене и так все было ясно: Митяя, его вечного оппонента, его злейшего врага-, ненавистного Митяя, убили.
— Гады!!! — закричал Веня дико. — Сволочи!!!
Он зарядил в гранатомет последнюю гранату и пальнул в самое скопище корейцев. Но не попал, потому что слезы застилали глаза.
Турецкий и Василий, которые били по корейским гэбэшникам с разных сторон, отвлекая внимание на себя, всего этого разрывающего душу ужаса не видели. По тому, что стрелять они стали пореже, Веня понял: у них кончаются боеприпасы, надо отступать.
И вот сейчас он пытался завести машину, которая, простояв на морозе всего-то часа два, только чихала все слабее и слабее, лишая ребят вообще какой-либо надежды убраться отсюда.
Турецкий приподнял голову и увидел, что корейцы стали обходить их с флангов, они брали ребят в кольцо, они должны были убить русских, они не могли оставить в живых ни одного свидетеля своих фашистско-коммунистических методов ведения «народного хозяйства».
— Бросай ее! — крикнул Турецкий Вене. — Уходим, бросай!
Веня в отчаянии ударил по рулю кулаками, в последний, на всякий случай, раз крутанул ключ в замке зажигания, и машину вдруг затрясло мелкой дрожью — она завелась…
Нателла поселилась не в гостинице «Океан», как она обещала Савелову. Она только сняла там номер, а сама поселилась у знакомой журналистки, с которой когда-то вместе училась в университете. Так ее научил Немой. Нателла как-то сразу поняла, что капитан человек опытный, разбирается в таких делах, как конспирация. Ей только странно было заниматься этими шпионскими штучками здесь, у себя на родине. Странно, немного страшно, но уж очень интересно.
Звонка от капитана она ждала недолго. Подруга подняла трубку и тут же передала Нателле.
— Здравствуйте, Нателла Вениаминовна, с прибытием вас, — сказал капитан. — Вы сняли номер?
— Да, одиннадцатый. На первом этаже, как вы и просили.
— Ключи у вас?
— У меня, хотя это было непросто. Пришлось прятаться от портье.
— Отлично. Теперь снимите с этих ключей дубликаты.
— Зачем?
— Они нам пригодятся. Кроме того, не надо будет прятаться от портье.
Нателла сделала все, как сказал капитан. Она с самой крайней степенью женского любопытства ожидала развития событий.
Мужика, который, сам того не ведая, обладал секретом, за которым гонялись чуть не все разведки мира, Немой и Кирюха дождались только около полуночи.
Они промерзли до костей. Ношеная американская гуманитарная одежка все-таки грела слабо.
Сначала капитан с тоской вспоминал Прибалтику, где никогда
