Шестой уровень

— Только мы вдвоем.
— Вот и ответ. Вот и истина.
   — В таком случае я тоже под подозрением, — не спросил, а констатировал Чернов.
   — Да, вы тоже были под подозрением до последней минуты. Но вот видите на столе паспорта и деньги — Савелов хотел у нас машинку перекупить.
Чернов почесал подбородок:
   — Честно говоря, я тоже решил поначалу, что вы хотите продать аппарат. Не знаю, что меня уберегло, но и я вам хотел предложить то же самое.
   — А предложил он, — указал стволом в лежащего Савелова Турецкий.
   Савелов на полу только шумно дышал, ему было неловко лежать лицом на колючем ковре.
   — И что вы с ним сделаете? — спросил, кивнув на лежащего, Чернов. — Не убьете ведь?
   — Не уверен, — проговорил Турецкий медленно, — может, и убью.
   Немой вошел без стука. Увидел лежащего Савелова, перешагнул, как через бревно. Поставил на стол чемоданчик.
   —  Ну вот и все, — сказал он, выдохнув шумно воздух. —
Вот и кончилась история. Держите вашу машинку.
   Турецкий насторожился. Они так не договаривались. Блефовать уже не было необходимости.
   Чернов спокойно встал с дивана, подошел к чемоданчику и раскрыл его.
   Два кирпича, на которых еще не стаял снег, упали с глухим стуком на стол.
   Чернов повернулся к Немому, и Турецкий даже не заметил, как в руках подполковника оказался пистолет, направленный Немому в висок.
   —  Опять игры? — сказал Чернов зло. — Может, уже хватит игр?
Дуло повернулось к журналистке.
   — Сюда! — скомандовал Чернов. — Помогите, Турецкий, этих гадов надо связать.
— Вы чего? — опешил Турецкий. — Вы чего?
   — Успокойтесь, Турецкий. Вы все верно просчитали. Только вы упустили еще одного подонка — капитана Немого. У них с самого начала была договоренность с Савеловым. Он и сам прекрасно знал, что везет не груз, а «куклу». Он вас просто использовал. Неужели вы этого не поняли?
   Журналистка медленно поднялась и двинулась под дулом пистолета к Чернову, так и не оставив свою сумочку. Чернов эту сумочку выхватил, раскрыл и вывалил содержимое на стол. Среди женских принадлежностей чернел огромный пистолет.
   —  Ого, серьезно, Нателла Вениаминовна, — улыбнулся Чернов.
Турецкий все еще не верил.
   —  Да журналисточка с Немым заодно, неужели непонятно? — словно угадал его мысли Чернов. — Вот теперь вопрос: а где, собственно, машинка?
И тут наконец подал голос Савелов.
   —  Обставил, Чернов, обставил на все сто. Молоток. Ты действовал наверняка.
— Да, терпеть не могу этих «авось».
Турецкому что-то напомнил этот разговор. Но что?
Чернов деловито достал из кармана пару наручников и сковал ими руки журналистке и Немому.
   —  Действительно, Турецкий, в танкере была «кукла», — сказал с пола Савелов, когда Немого, подкосив ему ноги, Чернов уложил рядом с ним. — Машинку я не трогал. О ней знал только капитан. Но он не знал, что везет пустой ящик. И действительно во все детали были посвящены только мы с Черновым. Даже Меркулов знал не все. Это правда. Нет, у меня были и другие под подозрением. Но отпали в ходе этой операции. Я запустил вас, как бондари запускают мышь в дырявую бочку. Простите уж меня, но дырку вы нашли, слава Богу, правда, теперь эта дырка нас и поймала.
   Полковник тоже был убедителен. Кроме того, он упомянул Меркулова, а это было святое.
— И вы верите этому подонку, Турецкий?
Все смотрели на Александра.
И каждый молил глазами — верь мне!
— Я не верю никому, — подвел черту Турецкий.
Он вложил два пальца в рот и свистнул…
   Нет, все-таки ребята были профессионалы. Чернов не успел и дернуться, Василий коротко боднул его в живот, Веня заломил руки и осторожно положил на пол, на котором уже и места не оставалось.
   —  Власть меняется, — сказал Турецкий, развязывая Немого. Нателлу развязал Кирюха. Он с дамами обращаться умел.
Про себя же Турецкий отметил, что все это превращается уже в какой-то фарс.
  Но не это волновало его больше всего: он вообще не знал, что делать. Он бы сейчас кончил вообще обоих: Савелова и Чернова, а может быть, заодно и капитана.
   Он, конечно, догадывался, что операция, в которую их бросили, была с двойным дном. А у него, у Турецкого, было еще и свое задание. Значит, дна было уже три. Только вот кто затеял это паскудство и кто в самом деле предатель — он до сих пор не понимал.
И еще аппарат!
Какой-то мрак! Тоннель без света в конце!
   — Ну, теперь разберемся, — сказал Немой. — С самого начала.
— Про банковский код скажи! — напомнил Веня.
— Про подставку с Бугром! — вставил Кирюха.
   — А Егор-майор! — Вася Гладий даже грохнул кулаком по столу.