В водах Японского моря, у южной оконечности Сахалина, терпит бедствие российский танкер «Луч». Причина аварии непонятна, кроме всего прочего пропадает без вести капитан судна вместе с бортовыми документами. Вокруг «Луча» начинается непонятный ажиотаж: похоже, многие страны проявляют интерес к этому судну и его пропавшему капитану. На поиски капитана из Москвы в Японию отправляется группа разведчиков, в которую с особым заданием включен Александр Турецкий, оставивший службу в прокуратуре… А далее события начинают развиваться самым неожиданным образом…
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
— Хвоста не замечено, корпус блокирован, все люди на своих местах, противоподслушивающие устройства установлены. Какие будут команды?
— Еще, — протянув парню пустой стакан, полковник с раздражением стянул с себя душный пуховик, под которым оказался серый деловой костюм.
Береженого, как говорится, Бог бережет. Нет сомнений, что деятельность Савелова и его команды представляла определенный интерес для иностранных разведывательных служб, так что появление полковника на конспиративной явке было обставлено должным образом.
Немножко смахивало на дешевенький театр, но таковы уж правила игры.
Словом, все эти на первый взгляд дурацкие меры предосторожности были просто необходимы, как витамин С.
Савелов выхлестал чуть ли не весь графин, прежде чем плюхнулся на мягкий диванчик и, вытянув, перед собой ноги, блаженно произнес:
— Хорошо-то ка-ак… — и похлопал ладонью рядом с собой: — Садись, Саша, отдохни.
Второй «челнок» аккуратно повесил свой пуховик в стенной шкаф и устроился рядом с полковником.
Голубоглазый деловито расставил стулья вокруг широкого круглого стола, затем установил в дальнем углу экран на треноге и подготовил к работе диапроектор.
Это был номер люкс, единственный на всем этаже. Две просторные комнаты, высокие окна, солидная старая мебель, поющие трубы в ванной и жирные тараканы на стенах. — Пора начинать, — распорядился Савелов. — Вызывайте ребяток.
Через минуту все заняли свои места за круглым столом.
Прежде чем заговорить, Валентин Демидович долго смотрел в глаза каждому из только что вошедших: Чеснокову — строго, Сотникову— равнодушно, Барковскому — хмуро и с нехорошей ухмылкой, Гладию — с любопытством.
— Я новенький… — не выдержав этого взгляда, пояснил Василий.
— Знаю, мы навели о вас кое-какие справочки и дали «добро». — Полковник откинулся на спинку стула. — Иначе вас бы здесь не было.
— Ежу понятно, — хмыкнул Кирюха. — Фирма веников не вяжет. Кстати, Васек, ты анализ на РВ сдал? Без этого никак нельзя.
— У меня к вам будет одна просьба, Барковский, — строго произнес Савелов.
— Да-да? — живо откликнулся Кирюха.
— Заткнитесь, пожалуйста. Не превращайте наше собрание в вечер художественной, самодеятельности дома культуры мукомолов, хорошо?
— Постараюсь.
— Буду очень признателен. Ну а перед тем, как мы приступим к разбору дела, я бы хотел представить вам своего помощника, — Валентин Демидович обернулся к помощнику. — Знакомьтесь, подполковник Александр Владимирович Чернов. Прошу любить и жаловать.
— Здравствуйте… подполковник Чернов… Здравствуйте… подполковник Чернов… Очень приятно… — Он крепко жал руки страждущим с ним познакомиться. При этом стоял прямо, а все остальные вынуждены были перегибаться через стол.
— Ну и отлично, — сказал Савелов. — Теперь поговорим о деле:
— А правда, что мы в Японию поедем? — недоверчиво спросил Сотников.
— Вот именно, в Японию, — страдальчески вздохнул полковник. — Чтоб ее цунами смыло к чертовой матери… Сынок, — обратился он к голубоглазому, — сделай нам темную.
Голубоглазый зашторил окна и включил диапроектор. На экране возникла какая-то неопределенного вида посудина, барахтающаяся в штормующем море.
— Это останки танкера «Луч», — прокомментировал изображение Валентин Демидович. — Снимок сделан из космоса с нашего военного спутника. Мы видим, что носовая часть танкера до сих пор держится на поверхности. Корма затонула.
— Так его ж каждый день по телику показывают! — отчего-то радостно вскричал Кирюха. — Ну да, столько гадости всякой в воду вылилось, аж жуть! И зачем только надо было из космоса снимать?
— Сынок… — Савелов подмигнул голубоглазому, и тот, подкравшись сзади к Барковскому, залепил ему рот огромным куском медицинского пластыря. Кирюха даже пикнуть не успел, лишь дико завращал глазами.
Команда сдержанно посмеялась.
— Так-то лучше, — удовлетворенно промолвил полковник. — Продолжим. Сразу предупреждаю — все, что сейчас будет сказано в этих стенах, является строжайшей государственной тайной.
— Я могу раскрыть кое-какие карты. — С молчаливого согласия полковника Александр Владимирович взял инициативу на себя. — Задание очень сложное… Почти невыполнимое… И разумеется, опасное…
В комнате воцарилась напряженная тишина. Все находились в полной уверенности, что Чернов обязательно продолжит свою речь. Но время шло, а подполковник так ничего больше не произнес.
— И все? — осмелился уточнить Андрей.
— Все, — кивнул Александр Владимирович.— А вам мало?
