Шестой уровень

очки.
Охранники очень веселились, когда Турецкий на себе вынес из бара «пьяного» друга, который был куда длиннее его самого. Они живо переговаривались между собой. Кажется, подмены они не заметили.
   Неожиданное препятствие ждало Турецкого и Немого на улице. Потому что «дормен», отельный служащий, дежуривший у дверей отеля, увидев постояльцев в таком неустойчивом положении, поднял руку, и тут же к нему подкатило такси.
   —  No-no, thank you! — замотал головой Александр. —
We want walk… Аригато!
   Но «дормен» его не понимал. Он услужливо распахнул дверцу машины и стал помогать нести Немого,
   —  Get out! — озлобился Александр. Он понимал, что ведет себя слишком подозрительно, что сейчас полицейский, который стоит неподалеку, обратит внимание на странную сцену, подойдет разобраться, а разбираться с японской полицией уже надоело.
   Ребята ждали его за углом. Отцепиться от «дормена» и добраться до угла — теперь была единственная мечта жизни Александра Турецкого.
   Наверное, если о чем-то сильно мечтаешь, оно сбывается, но самым неожиданным образом.
   — Ага, — сказал вдруг капитан, открыл глаза, увидел, что его несут на плечах, быстро освободился от Александровых цепких рук и самостоятельно встал на ноги. — Ты кто такой? Куда меня тащишь? — спросил он удивительно трезво.
   — Все-все, мы сами, мы погулять, подышать! — обрадовался Александр.
   Но теперь, когда «дормен» почти отстал, заартачился капитан. Он никак не хотел идти за Александром.
— Куда ты меня ведешь? — отбрыкивался капитан.
— Домой, куда еще! В Россию!
   До угла капитан кое-как дошел сам, но перед самым поворотом ноги его вдруг снова стали мягкими, и он свалился бы на тротуар, если бы Александр вовремя не подхватил его на руки. Ух и тяжелый!
Тут уже и ребята подоспели.
   Снова отключившегося Немого сунули на заднее сиденье машины, сложив его пополам, и рванули с места.
   Но как бы быстро они ни ехали, Александр знал, что хвостов за ними — несчитано. Маячок в его кармане работал, надо полагать, исправно.
   — Теперь так, — сказал он, когда встали в пробке где-то на центральной улице. — Дима, сколько у нас денег осталось?
— Ничего не осталось, — был угрюмый ответ.
   — Старший лейтенант Козлов, доложите, сколько наличных денег в распоряжении команды? — повысил голос Александр.
— Мало.
— Точнее!
— В иенах или в долларах? — все не сдавался Митяй.
   — Значит, так, ты у нас мастер на все руки, сможешь за три минуты перекрасить наш драндулет в другой цвет?
   Митяй сидел на переднем сиденье и чуть шею не вывернул от удивления.
— За сколько?..
   Все это проделывалось в тоннеле. На медленном ходу из машины выскочили Митяй и Кирюха, нашли магазин автопринадлежностей и купили белой краски. За это время машина, сделав невообразимую петлю, снова оказалась в том же тоннеле, где движение теперь застопорилось надолго. Благо их машине перегородила дорогу огромная фура.
   Да, Митяй, конечно, был мастер на все руки, это отметил даже Веня Сотников, хотя ничего хорошего он вообще-то про Козлова даже думать себе не позволял.
   Покраска заняла, правда, не три минуты, а все семь. Не очень аккуратно получилось, но машина теперь блестит белизной, как невеста.
  Александр подошел к оливковой «мазде», которая стояла в соседнем ряду, заглянул в открытое окно и, показывая карту, спросил по-английски:
— Нам надо на юг, — ткнул он пальцем, — вы не подскажете, как проехать?
Молоденькая японка защебетала радостно и приветливо:
— О, конечно, я вам покажу.
   Александр передал ей карту, и она стала водить по ней Пальцем.
   Когда он вернулся в машину, маячка при нем уже не было… Его увезла с собой «мазда».
* * *
— Вы кто?
От этого голоса все обернулись.
   Капитан приходил в себя. Теперь уже окончательно. Он приподнял голову и с удивлением рассматривал своих спутников.
   — Тебя я где-то видел, — наморщил он лоб, вглядываясь в Александра.
   — Точно, мы вместе выпивали, — честно признался Турецкий.
— Так вы кто?
   — Мы — твоя свобода, дружок, — тихо сказал Кирюха,— а может, твоя неволя.
— Вы же русские?
   —  Мы-то — да. А ты чей? — склонился к капитану Веня. —
Есть такое большое подозрение, что ты вовсе уже японец.
До капитана доходило плохо.
— В каком смысле?
— В смысле — продался, — просто рубанул Митяй.
   — Ну вот, — даже не удивился Немой. — Теперь верю, что вы — наши. Эти сразу с подозрений начинают. А так, чтобы хоть чуть-чуть мозгами пораскинуть, — ни за что.
   — Во разговорился, — обиделся Кирюха, — лучше