В водах Японского моря, у южной оконечности Сахалина, терпит бедствие российский танкер «Луч». Причина аварии непонятна, кроме всего прочего пропадает без вести капитан судна вместе с бортовыми документами. Вокруг «Луча» начинается непонятный ажиотаж: похоже, многие страны проявляют интерес к этому судну и его пропавшему капитану. На поиски капитана из Москвы в Японию отправляется группа разведчиков, в которую с особым заданием включен Александр Турецкий, оставивший службу в прокуратуре… А далее события начинают развиваться самым неожиданным образом…
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
б ты в самом деле был немой.
— Кто вас послал? — спросил капитан, пропустив каламбур мимо ушей.
— Да вот едем с самого Савеловского вокзала, — снова скаламбурил Кирюха.
— Ясно. А на Савеловском вокзале вам не сказали про оборудование?
— Сказали.
— И что?
— Да есть у нас тут задание — достать сокровища Нептуна со дна моря. — Это уже Митяй.
— Чудно, — улыбнулся капитан, — что же вы его не достали?
— Да недосуг все как-то… За тобой охотились.
— А вот японцам, я думаю, вполне досуг было. Только и они его не достали. Потому что…
— Что?
Но капитан замолчал.
Александру этот разговор показался странным. Немой сам же подтверждал те мысли, которые и Александру приходили в голову. Если бы японцы достали оборудование — кстати, что там за драгоценность такая в самом деле? — то разве они устроили бы такой спектакль? Разве дали бы капитану уйти, навесив на него маяк. Значит, капитан молчал. Значит, когда нужно, он действительно немой.
— Вы куда его спрятали? — напрямик спросил Александр.
— Девичья фамилия вашей матери? — вопросом на вопрос ответил капитан.
Александр чуть не поперхнулся. И чуть было не назвал фамилию своей матери, правда, сообразил, о чем речь.
— Волошина.
— Тогда дай карту, Чесноков. — Капитан с трудом поднялся на сиденье. — Тебе я покажу.
— Я вообще-то не Чесноков, — сказал Александр. — Я… Впрочем, это не имеет значения. Чесноков в последний момент из игры выбыл. Я — замена.
— И как тебя зовут, замена?
— Александр.
Ребята заулыбались. Нет, это все-таки здорово, когда враг оказывается другом.
Да, они были подозрительными, это уже въелось в их мозги, видать, с совковских времен — кругом враги. Но до чего же это скучно и противно. До чего же враждуют эти мозги с душой — широкой и открытой: друзей больше, куда больше!
Ночь опустилась быстро и как-то незаметно, будто с неба на землю упало плотное покрывало.
Наконец добрались до указанной на схеме развилки. Город Иваки был прямо но пути, им же надо было свернуть влево, на узкую дорогу, уходящую в лес, и двигать по ней до крестика. Что означал этот крестик, никто не знал.
— Разберемся на местности, — сказал Турецкий, протирая ладонями уставшие глаза. — Они должны как-то дать, о себе знать.
Сотников и Кирюха спали, уютно приткнувшись друг к другу плечами.
Игорь Степанович, не моргая, как-то обреченно смотрел на белые разделительные полосы, которые смело ныряли под колеса автомобиля.
Лес сгущался. Верхушки высоких елей сгибались под тяжестью набухшего мокрого снега, образуя над дорогой. плотный таинственный купол. Все-таки красиво поздней осенью в Японии. Приехать как-нибудь сюда еще разок, туристами…
— Мы не заблудимся? — обеспокоенно спросил Митяй. — Уже десять километров отпахали…
— Не должны, — Александр еще раз сверился со схемой.
— Не опоздать бы. Что делать в этой глухомани целые сутки? У нас ни жратвы, ни денег…
Спустя несколько минут они въехали в крошечную деревушку. Козлов замедлил ход. Турецкий внимательно всмотрелся в ночную мглу. Единственная кривая улочка была пуста. Ни души, ни движения чьей-либо тени… Окна во всех домиках погашены. Японские крестьяне уже спали.
— По карте все сходится, это точно где-то здесь.
Что может означать этот крест? — пробурчал Митяй.
— Кладбище… — безразличным тоном произнес Игорь Степанович. — На всех картах крестом всегда обозначаются места захоронений, молодой человек…
— Очень романтично, — хмыкнул Козлов.
— Да уж… — согласился с ним Немой. — Лучшего места для убийства не отыскать…
Турецкий укоризненно покачал головой. У Игоря Степановича явно начиналась мания преследования. Впрочем, ничего удивительного, после такой-то дозы наркотиков.
Лично у Турецкого не было тревожного предчувствия. Все шло по плану, он теперь полностью владел ситуацией верил в ребят; а те, что куда важнее, верили в него. Раскусить бы Гладия пораньше, тогда бы все прошло чисто… Так ведь предательство — вещь непредсказуемая. Теперь вот надо отдать капитана своим с рук на руки, как и было запланировано в Москве.
Правда, капитану эта затея почему-то не нравилась, но, честно говоря, Турецкому было все равно. Он выполнял задание. И первая его часть сегодня заканчивалась. Как считал Александр — самая трудная.
— Останови, — приказал он Митяю. — Пройдусь маленько.
— Я с тобой! — встрепенулся Кирюха.
Нет, все оставайтесь в машине.
