В водах Японского моря, у южной оконечности Сахалина, терпит бедствие российский танкер «Луч». Причина аварии непонятна, кроме всего прочего пропадает без вести капитан судна вместе с бортовыми документами. Вокруг «Луча» начинается непонятный ажиотаж: похоже, многие страны проявляют интерес к этому судну и его пропавшему капитану. На поиски капитана из Москвы в Японию отправляется группа разведчиков, в которую с особым заданием включен Александр Турецкий, оставивший службу в прокуратуре… А далее события начинают развиваться самым неожиданным образом…
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
не могу. Вкуснотища!..
И тут я отключился. В буквальном смысле, будто электрические пробки перегорели. И темнота… И ничего не помню…
Очухался еле-еле. С трудом открыл глаза, тошнит, башка кружится. Постепенно прихожу в себя, оглядываюсь по сторонам и вижу…
Лежу я в широкой постели на чистых простынях… Абсолютно голый… Из окна бьет солнечный свет. Значит, утро… Комната просторная, с красивой мебелью, прямо передо мной телевизор на стенке висит… На тюремную камеру вроде не похоже…
Смотрю, на тумбочке красочный такой буклет и на нем большими латинскими буквами: Hotel «Hilton». Я хоть в английском ни буб-бум, но все же не конченый дурак, шобы эти два слова не разобрать.
Ни себе фига…
Встаю с кровати. Ноги дрожат, всего шатает, хуже, чем вот сейчас. Иду в ванную, как тот теленок, чищу зубы. Голова совершенно пустая, ни одна мысль не приходит. Ну не могу я объяснить себе, что произошло…
Глядь, на стеклянной полочке ключи лежат, а рядом с ключами — конверт. Распечатываю, в нем деньги и бумажный листок. Я этот текст на всю оставшуюся жизнь запомнил: «Автомобиль на подземной стоянке отеля. Место №115. Сегодня ночью, с 1.00 до 3.00, ты должен быть в указанном на схеме месте. Самостоятельно в контакт ни с кем не вступать. Действовать по обстановке. Задача — прикрыть команду. После прочтения сожги!»
Шо за ни себе фига? До сих пор понять не могу. Кроме того япошки, шо читал газету в кафе, никто на ум не приходит. Только он мог подсыпать в мою жратву какую-то дрянь. Не было там больше никого рядом, это я знаю точно. Не было!.. Пистолет быстро отыскался в ящике стола. Открываю шкаф — там рубаха, куртка, брюки, ботинки.
Напяливаю на себя все это барахло — тютелька в тютельку, мой размер! Будто сантиметром вымеряли. Та вот она, одежка. — Гладий оттопырил руки в карманах. — На столе ваза с фруктами и минеральная вода. Очень кстати, в горле паскудно, как в свинарнике. Пью прямо из горла, а взгляд мой случайно натыкается на газету… Она на подоконнике лежит, на самом видном месте, специально, шобы я заметил. Газета за пятнадцатое ноября… Вот так… Получается, я трое суток в отключке провалялся.
Мне душно как-то стало, совсем нехорошо. Открыл окно, высунулся в него по пояс, глотнул морозного воздуха. Вроде полегчало. И тут вдруг… Честно, я уж подумал— все, крыша поехала. А как иначе, если подо мной, метрах в пятнадцати, вдоль стены едет люлька, а в ней стоит Сашко! Я ему кричу:
— Сашко! Сашко, я здесь!
Он не слышит, едет себе дальше, а потом вдруг как долбанет кулаком в окно и прыг из люльки! Точно, глюк… Я был на три этажа выше, на всякий случай решил проверить — может, все это взаправду? Выхожу из номера, сажусь в лифт, спускаюсь на восьмой. Коридор пустой, нема командира. Прошелся я туда-сюда, нема, затем вернулся в номер, пустил холодную воду и сунул под струю голову. Минут двадцать в такой позе проторчал…
До меня уже начинает кое-шо доходить, но смутно и медленно. Еще раз проглядываю цидульку, врубаюсь в схему. Ни себе фига, до какой-то Иваки надо километров двести пятьдесят переть, а потом свернуть в сторону, к кресту. Там крестик такой был маленький, хрен знает, шо он обозначает. Может, опять подстава? И вообще, не нравится мне все это. Не нравится.
Сел в кресло, жую фрукты. Не думается. А время бежит, отстукивая в висках: тик-тик, тик-тик, тик-тик…
В восьмом часу вечера спускаюсь в подземный гараж. Хвоста за мной нет, это точно, я несколько раз проверял. Нахожу машину. Красивая такая, спортивная. Ключ подходит. Врубаю двигатель, смотрю на приборы — бак под завязку. В «бардачке» карта и красным карандашом отмечено, как лучше из Токио выехать. Обо мне с самого раннего детства так никто не заботился.
Еду по этому красному карандашу. Действительно, самый близкий путь, уже через каких-то двадцать минут выкатываю за город. Смекаю, лучше не гнать во весь опор, чтобы местные гаишники не тормознули. Рулю себе спокойненько, под шестьдесят, любуюсь природой, меня всякая шваль влегкую обходит. Пусть обходит, я не тороплюсь, у меня еще пять часов в запасе. А у самого уже в заднице свербит — шо там у креста? Кого прикрывать?
Снег повалил крупными хлопьями, видимость стала хуже некуда. Наверное, именно поэтому я все-таки запутался, пропустил нужный поворот, начал петлять по Иваке этой. Кстати, неплохой городишко… Наконец вернулся к развилке. Смотрю на часы — пять минут второго. Поддал газку. Дорога узкая, но ровная, моя тачанка катит бесшумно.
Въезжаю в какую-то деревню. Глухомань… Темно, ни огонька вокруг. Останавливаюсь. Ничего не понимаю, крест должен быть где-то здесь… И вдруг — чьи-то фары сзади, пока еще
