В водах Японского моря, у южной оконечности Сахалина, терпит бедствие российский танкер «Луч». Причина аварии непонятна, кроме всего прочего пропадает без вести капитан судна вместе с бортовыми документами. Вокруг «Луча» начинается непонятный ажиотаж: похоже, многие страны проявляют интерес к этому судну и его пропавшему капитану. На поиски капитана из Москвы в Японию отправляется группа разведчиков, в которую с особым заданием включен Александр Турецкий, оставивший службу в прокуратуре… А далее события начинают развиваться самым неожиданным образом…
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
драгоценный «Бетакам» на пол. — Посторожишь? Я быстро.
— Конечно, иди-иди.
Ей было жаль парня. Страдает из-за того, что у него, видите ли, с вестибулярным аппаратом нелады. У других, кто ни разу в жизни на самолет не садился, лады, а у него нет… И так в жизни всегда, бодливые коровы остаются без рогов…
Нателла ненавидела это бестолковое ожидание.
Стоишь, как проститутка, и вынуждена терпеть на себе пошловатые мужские взгляды. Мужики в этом смысле везде одинаковы, что в России, что в Японии. Неизвестно еще, где хуже.
Нет, ничего интересного сегодня ей не снять, никаких важных новостей не узнать. Вообще, Япония страна скучнейшая. Может, лучше было оставаться в России?..
Сжимая в руках автоматы, они стояли на отвесном берегу и смотрели, как по зыбкой поверхности океана расходятся гигантские круги. Подводная лодка стремительно уходила под воду…
На душе было как-то смутно. Счастье, что уцелели, что никто не ранен, но, с другой стороны, все-таки обидно, что не добили гадов.
— Хлопцы, а мы не одни… — вдруг произнес Гладий.
Действительно, неведомо откуда у команды оказалось вдруг много зрителей. Из-за камней и деревьев наблюдали за ними десятки внимательных глаз.
Дети, старики, женщины и мужчины смотрели на пришельцев испуганно — у тех было оружие в руках. Веня положил автомат на землю, поднял руки и сказал:
— Мир — дружба! Япония и Россия братья навек! Ура! — При этом он улыбался самой очаровательной своей улыбкой. Японцы по-прежнему были хмуры.
— Да они по-русски не понимают, — прекратил свою миссию доброй воли Сотников.
— Контакт с аборигенами не состоялся, — хохотнул Митяй. — Не вышел из тебя Миклухо-Маклай.
Турецкий попытался приветствовать аборигенов по-английски — результат тот же.
Но в этот момент из-за огромного валуна появился старец в простеньких холщовых штанах, цветастой рубахе с короткими рукавами и в белой панамке. И медленно, степенно двинулся к ребятам. Старец был настолько маленький и худенький, что издалека его легко можно было принять за ребенка.
Старец подошел к самой линии прибоя, злорадно плюнул в воду, затем посмотрел на ребят с нескрываемой благодарностью и, разгладив свою смешную козлиную бородку, сказал:
— Молодесь! Так им и нада!
Мужчины на какое-то время потеряли дар речи. А старик очень бойко заговорил, по-русски…
— Пирата плохая. Пирата хузе налоговая инспектор. Пирата приходит и забирает все.
Морской ветер пронизывал до самых костей, к тому же одежка у ребят была мокрая. И поэтому Веня не нашел ничего другого, как спросить: — Дед, а тебе не холодно?
— Не холядва, гразданина нацальвик. Я закалений.
— Закаленный? Ха, он закаленный! — Веня весело посмотрел на Митяя. — Вот тебе и япона мать!
— Дедуля, ты че, полиглот? Небось русский выучил только за то, что им разговаривал Ленин?
— Сибиря выудил. Квантуньски армия! — Старец выстрелил пальцем: — Пах-пах! Тязело была, осень тязело… Война с Совецки Саюза… Много смерть… А я — плен попадал. Лагерь сидел. Долго сидел. Хабаловск знаешь, гразданина нацальвик?
— Хабаровск-то? Знаю, конечво… — кивнул Митяй. — Надо же… Вот уж неожиданно судьба дружка-интернационалиста подбросила. Кому рассказать — не поверят. Как звать-то тебя?
— Акнра-сан.
— А меня Дима. Это вот Венька. А это Александр. Запомнил?
— Акнра-сан. — Старец с достоинством пожал всем руки. — Кусать хода?
— Хоца, хоца! — Веня приобнял деда за плечи. — И кушать хоца, и все остальное. Показывай дорогу, кормилец ты наш!
— Постойте! — остановил их Александр. — А с трупами что делать?
Взоры обратились на японца. Он теперь был вроде как за главного.
— Туда-туда, в землю! — махнул рукой старец.
— Закопать, что ли? — переспросил Митяй. — Так просто? А полиция? Где у вас здесь полиция?
— Нет полисия, гразданина начальник. Остров маленькая. Три сто селовека. Мала-мала.
Старик махнул рукой своим соплеменникам и что-то резко сказал им.
Несколько мужчин вышли из-за камней, поклонились ребятам и занялись скорбным делом погребения трупов.
А старик повел ребят вдоль берега, и через несколько минут они набрели на крохотное поселение. Двери построек выходили на один общий двор, посреди которого тянулся длинный деревянный стол.
— Говорите, Акира-сан, что вас здесь триста человек? — поинтересовался Игорь Степанович.
— Ой, мала-мала. Дети многа, женсцина многа, музцина мала.
— А где же все?
