Шибуми

“обрести в себе еврейскую душу”.
Прочитав эту фразу, Даймонд подавил вздох. Очевидно, мисс Стерн страдала манией сочувствия демократам, проникшись их пагубными представлениями о том, что каждый человек сам по себе интересен и значителен.
“Толстяк” занизил коэффициент потенциального раздражителя мисс Стерн потому, что она “показалась” ему типичной молодой образованной американкой, ищущей какогонибудь занятия, оправдывающего ее существование, пока семья, работа или какиенибудь художественные увлечения не отвлекут ее от размышлений о смысле жизни, Анализ этой личности не выявил в ней никаких психических отклонений, создающих этаких городских борцов, партизан каменных джунглей, которым собственные жестокость и варварство приносят сексуальное удовлетворение. Не было в мисс Стерн и пресловутой жажды прославиться любой ценой, толкающей людей на сцену или на эстраду. Такие субъекты, не сумев снискать благосклонности публики, частенько обнаруживают в себе тягу к социальной борьбе.
Нет, в досье Ханны Стерн не нашлось ничего, что могло бы привлечь к ней особое внимание, за исключением двух фактов: она была племянницей Азы Стерна и единственным оставшимся в живых членом “Мюнхенской Пятерки”.
– Через десять минут пришлите Старра и этого араба… мистера Хамана… в просмотровый зал, – повернулся Даймонд к секретарше.
– Слушаюсь, сэр.
– Отправьте туда же и Заместителя. – Он повернулся к Помощнику: – Продолжайте работать с “Толстяком”. Я хочу получить исчерпывающие данные о бывшем руководителе “Пятерки”, этом Азе Стерне. Он из тех, кто и после смерти продолжает портить людям нервы. Подготовьте мне список его теснейших контактов: семья, друзья, сообщники, партнеры, знакомые, любовные связи и так далее.
– Секундочку, сэр. – Помощник ввел в компьютер два вопроса, затем добавил одно уточнение. – О!.. Сэр! Список его ближайших контактов будет состоять из… хм… трехсот двадцати семи имен, включая краткое описание деятельности каждого. Эту цифру придется возвести в куб, когда мы перейдем к контактам второй ступени. В результате мы получим почти тридцать пять миллионов имен. Очевидно, сэр, нам следует придерживаться какогото приоритетного направления.
Первый Помощник сделал весьма уместное замечание: существуют поистине тысячи способов разговора с машиной.
Даймонд мысленно заново просмотрел досье на Азу Стерна. Ему не давал покоя один аспект его биографии; интуиция подсказывала ему, что за ним чтото кроется. Профессия? Или прикрытие?.. Фермер, журналист, поэт, историк. И в конце жизни типичный террорист. Нет, пожалуй, даже хуже того – патриотромантик.
– Работай с эмоциональными критериями: возьми за основу такие понятия, как любовь, дружба, доверие, – в общем, копай в эту сторону. Постепенно переходи от ближнего к дальнему.
Глаза Помощника сверкнули, он набрал в грудь побольше воздуху и даже слегка потер руки от удовольствия. Он получал интереснейшее, необыкновенно трудное задание, требовавшее полной самоотдачи. Любовь, дружба, доверие – с такими неопределенными, расплывчатыми, имеющими множество неуловимых оттенков категориями невозможно справиться, используя прямолинейные подходы вроде теории мозаики Шлимана – воссоздающей общую картину из обрывков информации. Ни один компьютер, даже “Толстяк”, не сможет прямо ответить на подобные вопросы. Даже самые простые действия объекта могут иметь тайные, глубоко скрытые мотивы. И, следовательно, необходимо тщательно изучить подоплеку каждого значительного поступка Стерна, поскольку одни и те же действия его в различных ситуациях могут быть продиктованы ненавистью, безумием или жаждой наживы.
Работа предстояла восхитительная, невероятно сложная и запутанная. И когда Помощник стал вводить в “Толстяка” исходные данные, плечи его задергались так, будто он пытался объяснить эскимосу правила китайского бильярда на чистейшем английском языке.
Мисс Суиввен вернулась в кабинет.
– Вызванные джентльмены ожидают вас в зале, сэр.
– Хорошо. Унесите фотографии, Да что это с вами творится, мисс Суиввен?
– Ничего, сэр. Просто спина слегка чешется!
– О, боже!
Даррил Т. Старр, получив краткое приказание снова явиться в просмотровый зал, понял, что в воздухе пахнет жареным. Его опасения подтвердились, когда он увидел своего прямого начальника. Заместитель Дежурного Офицера по международным связям коротко кивнул ему и чтото буркнул этому дурню арабу в знак приветствия. Он проклинал богатые нефтяные арабские эмираты за их бесконечные проблемы. Это по их милости мистер Даймонд торчал в недрах ЦРУ, точно кость в горле, и совал свой любопытный нос во все дела.