Шибуми

сиденьями, обтянутыми материей в цветочек, кружевные занавески на окнах, низкий чайный столик, два креслакачалки, безделушки на застекленных полочках этажерки и фотографии трех поколений семьи в рамочках на пианино.
У джентльмена, который поднялся с мягкого дивана, были семитские черты лица, но оксфордский акцент.
– Мистер Хел? Давно и с нетерпением ожидал этой встречи. Меня зовут мистер Эйбл, и я представляю интересы ОПЕК в делах вроде этого.
Он пожимал руку чутьчуть сильнее и несколько дольше, чем нужно, что выдавало его сексуальные наклонности.
– Присядьте, пожалуйста, мистер Хел. Председатель вотвот подойдет. В последний момент чтото произошло, и ей пришлось спешно уехать.
Хел выбрал наименее безвкусный стул.
– Ей?
Мистер Эйбл мелодично рассмеялся:
– Ах, так вы не знали, что Председатель – женщина?
– Нет, не знал. Почему бы в таком случае не назвать ее Председательницей или еще какимнибудь из этих безобразных словообразований, которые американцы, в ущерб благозвучию, используют для выражения различных понятий общественной жизни: заседатель, например, или законодатель, или работодатель, – в общем, чтонибудь вроде этого?
– Ах, вы увидите, что Председатель совершенно лишена обычных человеческих предрассудков, она вовсе не ищет признания, оно ей не нужно. Такая индивидуализация для нее означала бы некоторую степень падения, шаг вниз.
Мистер Эйбл улыбнулся и кокетливо склонил голову набок.
– Знаете, мистер Хел, мне посчастливилось довольно много узнать о вас еще до того, как Ма пригласила меня на эту встречу.
– Ма?
– Все, близкие к Председателю, зовут ее миссис Перкинс или Ма. Нечто вроде семейной шутки. Глава Компании, понимаете?
– Да, понимаю.
Дверь во внутренний кабинет открылась, и мускулистый молодой человек, сильно загорелый, с вьющимися золотистыми волосами, вошел в приемную.
– Поставьте поднос здесь, – обратился к нему мистер Эйбл. Затем он повернулся к Хелу: – Ма. без сомнения, попросит меня разливать чай.
Загорелый красавец вышел, предварительно расставив на столике чашки из толстого дешевого фарфора с нарисованными на них голубыми ивовыми веточками.
Мистер Эйбл заметил взгляд Хела, который тот бросил на чашки.
– Я понимаю, о чем вы думаете. Ма предпочитает, чтобы вещи были, как она сама говорит, “домашними”. Я узнал о вашей интереснейшей, насыщенной событиями жизни, мистер Хел, некоторое время назад, на одном коротком совещании. Я, разумеется, никак не ожидал встретиться с вами лично, тем более после того, как Даймонд доложил о вашей гибели. Поверьте мне, я очень сожалею о том, что специальная полиция Компании сделала с вашим домом. Я считаю это непростительным варварством.
– Неужели?
Хела раздражала задержка, и у него не было ни малейшего желания терять время понапрасну, болтая о пустяках с этим арабом. Он встал и подошел к пианино со стоявшими на нем фотографиями.
В эту минуту дверь во внутренний кабинет отворилась, и вошла Председатель.
Мистер Эйбл мгновенно вскочил на ноги.
– Миссис Перкинс, позвольте представить вам Николая Хела.
Она взяла руку Хела и крепко сжала ее своими пухлыми, короткими пальцами.
– Господи ты боже мой, мистер Хел, вы даже представить себе не можете, с каким нетерпением я ожидала встречи с вами.
Миссис Перкинс была полная круглолицая женщина гдето между сорока и пятьюдесятью. Ясные материнские глаза, шея, совсем утонувшая под несколькими свисающими подбородками, седые волоса собранные на затылке в тугой пучок, из которого выбивались отдельные пряди, пышная грудь, полные руки и глубокие ямочки на локтях; на ней было лиловое шелковое платье с какимто пестрым рисунком.
– Я вижу, вы рассматриваете мои фотографии. Здесь вся моя семья, моя гордость и радость, как я всегда говорю. Вот это мой внук, хитрющий маленький разбойник. А это мистер Перкинс. Замечательный человек. Первоклассный повар и просто волшебник во всем, что касается цветов.
Она улыбнулась своим фотографиям и покачала головой, глядя на них с нежностью собственника.
– Ну что ж, пора, пожалуй, перейти к нашему делу. Вы любите чай, мистер Хел?
Со вздохом глубокого облегчения она опустилась в креслокачалку.
– Уж и не знаю, что бы я делала без чая!
– Вы ознакомились с информацией, которую я прислал вам, миссис Перкинс?
Он жестом отклонил предложенную ему мистером Эйблом чашку с чаем из пакетика.
Председатель чутьчуть наклонилась вперед и положила свою теплую, пухлую ладонь на руку Хела.
– Почему бы вам не называть меня просто Ма? Все меня так называют.
– Вы ознакомились с информацией, миссис Перкинс?