Когда тринадцатилетний Мэттью Уотли исчезает из Бредгар Чэмберс, привилегированной частной школы для мальчиков, его преподаватель обращается за помощью к своему соученику по Итону инспектору Линли. Так инспектор и его напарница Барбара Хейверс оказываются в Западном Сассексе и начинают поиски пропавшего ребенка, а потом, увы, и его убийцы.
Авторы: Элизабет Джордж
в лучшем состоянии. К одной стене прислонялся длинный и узкий обеденный стол, куда, по-видимому, сгружалась почта. Десятки лет школьники бросали на него чемоданы и рюкзаки, большие коробки, книги, полученные из дома посылки, в результате чего стол весь покрылся шрамами, точно ветеран многих сражений. Рядом стояли два кресла, испещренные пятнами, давно лишившиеся подушек. Между креслами на стене висел телефон-автомат, а на панели вокруг него было нацарапано множество имен и номеров телефонов. Единственным украшением холла можно было счесть знамя общежития, которое заботливо убрали под стекло. Знамя тоже знавало лучшие дни, теперь же оно износилось до прозрачности, так что почти невозможно было рассмотреть старинную вышивку.
– Тут изображен Эреб<Эреб (лат. Егеbus), в мифологии – порожденная Хаосом подземная тьма; часто употребляется в смысле подземного царства. Эреб и Никта (Ночь) породили Эфир (Небо) и Гемеру (День).>, – пояснил Чаз, когда Линли и Хейверс склонились над этой святыней. – Первобытная тьма, поднимающаяся из хаоса. Брат Ночи, отец Неба и светлого Дня. Боюсь, теперь этого уже не разглядишь. Знамя совсем выцвело.
– Ты изучаешь классические дисциплины? – поинтересовался Линли.
– Химию, биологию, английский, – перечислил Чаз. – Нам всем полагается знать, что означают названия общежитий. Традиция.
– Как называются другие пансионы?
– «Мопс», «Ион», «Калхас», «Эйрена» и «Галатея»<Мопс (лат. Морsus) – в греческой мифологии знаменитый прорицатель, внук Тиресия, победивший в состязании прорицателя Калхаса; Ион – мифический прародитель понийцев. Тайно покинутый матерью, был перенесен Гермесом в Дельфы, где был впоследствии найден ею благодаря Дельфийскому оракулу; Калхас – греческий прорицатель, предсказавший ход и продолжительность Троянской войны и придумавший хитрость с деревянным конем; Эйрена (греч. Еiгеnе – мир) – богиня мира; Галатея – нереида, речная нимфа, в которую был влюблен циклоп Полифем.>.
– Интересный выбор, если вспомнить все мифологические аллюзии. Полагаю, последние два дома предназначены для девочек?
– Да. Сам я живу в «Ионе».
– Сын афинской царевны Креусы и Аполлона? Да, тоже интересное предание.
Очки Чаза снова сползли на нос. Он подтолкнул их на место, улыбнулся и сказал:
– Третьеклассники живут этажом выше. Вот лестница. – Он начал подниматься. Линли и Хейверс оставалось только последовать за ним.
На втором этаже не было ни души. Детективы прошли по узкому коридору, ступая по истертому коричневому линолеуму, вдоль стен, покрытых казенной серовато-зеленой краской. Пахло сыростью, потом. Под потолком тянулись трубы, затем, изогнувшись вдоль стен, они спускались в отверстие в полу. По обе стороны коридора виднелись двери, закрытые, но незапертые.
Чаз остановился перед третьей дверью слева, постучал, назвался: «Квилтер» – и плечом приоткрыл ее. Быстро заглянув внутрь, он вздохнул: «Господи», – и обернулся к Линли и Хейверс. По лицу юноши они сразу заподозрили, что там что-то неладно. Чаз постарался скрыть смущение преувеличенной жестикуляцией:
– Вот эта спальня. Страшный беспорядок. Подумать только, чтобы мальчишки вчетвером… впрочем, смотрите сами.
Линли и Хейверс вошли, Чаз остался у дверей.
В комнате царил чудовищный беспорядок.
Книги и журналы валялись повсюду, какие-то бумаги то и дело попадались под ноги, мусорная корзина опрокинута, кровати незастелены, шкафы распахнуты, ящики переполнены, в трех из четырех альковов разбросана одежда. Либо в этом помещении недавно учинили поспешный обыск, либо префект пансиона, в чьи обязанности входит следить за тем, чтобы мальчики поддерживали должный порядок, совершенно не умеет держать в руках своих подопечных.
Линли взвешивал обе возможности. Тем временем Чаз вышел из комнаты и устремился дальше по коридору, распахивая другие двери справа я слева. Издали доносилось его негодующее бормотание. Оно послужило ответом для Линли.
– Кто префект этого пансиона, сержант? Хейверс быстро пролистала блокнот, прочла что-то, нашла еще одну страничку:
– Джон Корнтел называл его имя… Ага, вот. Брайан Бирн. Это он натворил, сэр?
– Во всяком случае, отвечать придется ему, – откликнулся Линли. – Посмотрим, что у нас тут.
Спальня была разделена на несколько отсеков с помощью выкрашенных белой краской досок, поднимавшихся от пола примерно на пять футов и тем самым обеспечивавших каждому обитателю общежития хоть некоторую укромность. В тесном пространстве каждого отсека располагалась кровать с двумя ящиками внизу, шкаф (на нем с помощью клейкой ленты закреплялась табличка с именем
