Не прозвучи песня «Девочка с Севера», может, и не пришла бы в голову юной искательнице славы Маше Ивановой шальная мысль бросить родительский дом и податься в Москву, навстречу славе и богатству. А тут ее заметил сам Серж Бобров — продюсер, которому под силу из любого сделать знаменитого артиста Все это смахивало на сказку Однако история из недавнего прошлого не давала ей покоя.
Авторы: Михалева Анна
Вон как бьются за ее права на капитал.
— Как бы то ни было, господа и дамы, но на кулоне нет никаких счетов, — проговорил Александр довольно тихо в наступившей паузе, однако на присутствующих его слова подействовали хуже, чем раскат грома.
— Как нет? — вскричал Бессмертный.
— Так. Нет! — Бобров развел руками и вяло улыбнулся. — Я всю ночь над ним корпел. Даже лазером светил. Пусто.
— Я не верю, — соперник побледнел. — Этого быть не может. Ирма сказала, что это в последнем подарке что-то есть!
Климов ерзал на диване, словно ему кнопку подложили, и беспокойно поглядывал то на сэра Доудсена, то на Бессмертного.
— Значит, Ирма все-таки сказала, — Серж многозначительно хмыкнул.
Наталия снова уставилась в журнал, словно ее это сенсационное открытие вовсе не взволновало. Маша еще раз восхитилась поразительным самообладанием этой женщины. Пожалуй, она могла бы соперничать в этом с Александром.
— На, убедись. — Бобров вынул из кармана и кинул на стол кулон.
Бессмертный с необыкновенной прытью подскочил к столу, завертел украшение в руках.
— Ты мне подделку подсунул, — наконец изрек он и швырнул кулон владельцу. — Гад!
— Неплохая мысль, — с безразличием заметила Наталия, не отрывая взгляда от красочной рекламной страницы.
— Не дури, — благодушно ответил Серж. — Я обескуражен не меньше твоего. Откуда мне было знать, как выглядит этот треклятый кулон?
— Еще бы! Ты убил Ирму, забрал кулон, а потом своей девке подсунул подделку, чтобы отвести подозрение. Как удачно она всплыла, а? Хороший трюк!
— Никто мне ничего не подсовывал! — заявила Маша, сама не ожидая, что выйдет так громко.
Однако на Бессмертного ее слова не произвели впечатления:
— Заткнись ты!
— Я бы попросил! — взревел Серж и, кивнув ей, снова повернулся к оппоненту:
— Если бы я откопал счета, я бы уже давно вложил деньги в разработку. Они мне для того и нужны были.
— Рассказывай! Ясное дело. У тебя вся ментура куплена еще со времен твоего папочки-министра. Да ты всех шишек сам рассадил по кабинетам. Знал, что не тронут, даже если ты полгорода перебьешь. Что тебе стоит одну Ирму застрелить. И как у тебя рука только поднялась на нее. На Ирму!
Наталия болезненно поморщилась, откинула журнал и решительно поднялась.
— С меня довольно, — громко заявила она. — Все. Это меня уже не интересует, — тут она посмотрела на Машу и неожиданно дружески улыбнулась ей:
— Мне кажется, что нам с вами тут делать больше нечего. Смотреть, как сильная половина человечества пачкается в собственной грязи, — зрелище не для слабых женщин. Идемте, Мария, выпьем кофе.
Маша нерешительно поднялась и посмотрела на Александра.
— Разумеется, — тот, кажется, обрадовался. — Но помните о том, что нам еще нужно потолковать. Не уезжайте, не повидавшись со мной.
Она кивнула и пошла следом за прекраснейшей из женщин.
Когда они устроились за столиком кафе, через дорогу от офисного здания, Наталия, склонив голову набок, принялась откровенно разглядывать Машу. Молчание затянулось. Марии стало не по себе, но начать разговор первой она не могла. Не знала с чего.
— Значит, вы и есть новая муза Сержа. — Наталия усмехнулась. — Забавно…
— Что же тут забавного? — Маша с ужасом поняла, что стремительно краснеет.
Наталия не ответила на вопрос. Произнесла надменно, словно и в самом деле имела право раздавать оценки:
— Вы хорошо поете. Я слышала в «Кристалле».
— Спасибо…
Что ни говори, но общаться с ней было неприятно.
Наталия ко всем относилась свысока — это Маша и раньше заметила. Но испытывать этот покровительственный тон на себе и стараться сделать так, чтобы разговор не стал унизительным, — задача не из легких. Она уже чувствовала себя ужом на сковороде.
Привилегию выкручиваться Наталия оставляла собеседнику, а сама вела себя как королева на аудиенции, позволяя различного рода бестактности.
— Так вы теперь еще и наша темная лошадка. — Она растянула губы в улыбке, которую, по всей видимости, хотела представить как дружелюбную. Однако у нее это плохо получалось. — Удивительный виток судьбы. Скорее действительно похоже на то, что Серж все подстроил.
— Ничего он не подстраивал, — устало ответила Маша, которая к этому моменту уже не находила сил для словесной игры.
«Уж лучше бы Александр появился поскорее, — подумалось ей. — А то чувствуешь себя инфузорией-туфелькой под микроскопом строгой лаборантки, которая пересчитывает твои усики и находит их количество недопустимым».
— Не сердитесь, Маша. — Неожиданно голос
