Не прозвучи песня «Девочка с Севера», может, и не пришла бы в голову юной искательнице славы Маше Ивановой шальная мысль бросить родительский дом и податься в Москву, навстречу славе и богатству. А тут ее заметил сам Серж Бобров — продюсер, которому под силу из любого сделать знаменитого артиста Все это смахивало на сказку Однако история из недавнего прошлого не давала ей покоя.
Авторы: Михалева Анна
— Я петь хочу.
— Караоке в подвале, — безучастно отозвался второй.
Маша опять улыбнулась:
— Вы не поняли, я работу ищу. Я певица.
В трех парах глаз появилось осмысленное выражение.
Потом тот, кто пытался послать ее в бар-караоке, неприятно ухмыльнулся:
— Да ну?! Известная?
Маша постаралась сохранить лучезарную улыбку. Она была готова к подобной реакции. Зря, что ли, ходила три дня в поисках работы?
— Нет, неизвестная. А здесь только известные выступают? — Она окинула взглядом небольшой зальчик. — Что-то не похоже.
Парни разом повеселели.
— Хочешь петь — пой, — заявил один и шагнул на сцену. Подошел к клавишам, взял аккорд. — Что будешь исполнять?
— А что нужно? — Маша расстегнула пуховик.
— Что-нибудь нежное, со стриптизом! — хохотнул второй и схватил со стула гитару.
— Интим не предлагать. — Маша стянула с головы вязаную шапочку.
Парень у клавиш кашлянул. Надрывно, как заядлый курильщик:
— Элвиса могешь?
— Да… — тихо сказала она. — Давайте «Can’t help…».
После того как последний аккорд рассыпался по углам зала, парень у клавиш подал ей руку:
— Геннадий. С двумя «н». Попробуешь сегодня вечером? Мы тут Элвиса поем. А солистка слиняла, зараза.
Папик богатый на юга пригласил. Ну, она юбку задрала — и в аэропорт.
— Хоть бы предупредила, скотина, — ругнулся второй. — По мобильному полчаса назад позвонила уже из Египта. Меня Вовой звать.
— Да, безответственная дрянь, — согласился третий, который, по всей видимости, должен был играть на ударной установке, стоящей на сцене. — Я — Леха.
— Маша, — она склонила голову. — А вы здесь постоянно?
— Всю неделю, кроме понедельника и четверга. В понедельник — выходной, в четверг работаем в «Эллочке-людоедке».
— Неподходящее место для Пресли. — Маша готова была расцеловать этих парней. Она сильно подозревала, что сейчас они расправят за спинами большие белые крылья, взмахнут ими и поднимутся к потолку.
— Что бы понимала, — фыркнул Леха. — Там ставка на порядок выше, чем в этой закусочной. Хотя и не центр.
Но тут тоже тепленькое местечко. Заработок хоть и небольшой, но зато постоянный.
— Хватит лясы точить, пора репетировать — Геннадий взял аккорд и кивнул Маше:
— Стриптиза не надо, но пуховик все-таки сними. Работать придется долго. До самого вечера.
Двое посетителей в углу покосились на них и вновь вернулись к своему обеду и своим разговорам.
Так девочка с Севера нашла работу по душе. Москва ей еще не покорилась, но вроде бы благосклонно кивнула.
А сегодня она встала почти вечером, в три после полудня. Еще бы, вернулась-то в пять утра. Группа с вычурным названием «Эльдусто», которое никто никогда не пытался рассмотреть на предмет, что же оно означает, работала в кафе до последнего посетителя. Посетители разошлись, поддерживая тех, кто уже не мог идти своим ходом, в четыре утра. Добрый Леха накормил певицу жареными пельменями местного изготовления и подвез на своем дряхлом «Форде» прямо к дому.
— С дебютом тебя, — сказал на прощание. — Больше не повезу. Далеко. Добираться сама будешь.
— Хорошо, — согласилась Маша и улыбнулась ему:
— Вы завтра репетируете?
— На фига, — удивился тот. — Завтра ж понедельник.
Законный выходной. Учи слова, Генка же тебе дал книжку.
— Хорошо, — снова согласилась новоявленная звезда кафе «Фламинго» и выпорхнула на улицу.
Хорошее отношение к ней парней из группы объяснялось просто — посетителям и владельцам заведения Маша понравилась.
Сейчас, стоя у зеркала, она улыбнулась своему отражению, промурлыкав: «А может быть, у меня все-таки есть эта загадочная харизма?!»
Размышления ее прервал телефонный звонок, затем бабка Нюра забарабанила в дверь кулаком. Маша вылетела в коридор, схватила трубку: «Алло!»
— Послал бог квартирантку. Шляется по ночам невесть где, телефоны звонят… — Ворча, хозяйка удалилась на кухню, откуда шел аромат чего-то отвратительно-подгорелого.
— Машка, хочешь на Ирму Бонд сходить? — прохрипела в трубку Катерина.
— Сегодня же понедельник.
— И что с того? — удивились на другом конце провода. — Запись проводится независимо от дня недели.
— Запись?
— Ну! В «России», сборник пишут на какой-то там канал. У композитора, забыла, как его, день рождения. Он по этому случаю устраивает концерт. А Ирма в нем поет.
Все тебе объяснять нужно, деревенщина ты!
— У тебя билет лишний? — У Маши забилось сердце.
«Господи, и недели еще в Москве не пробыла, а столько счастья. Разом и Ирма Бонд на сцене, и съемки телепрограммы!»
