Сила Зла велика — и велика сила рок-н-ролла.Какова же будет сила Зла, воплощенная в силе рок-н-ролла?!Перед вами — одна из любимейших книг самого Элиса Купера «Шок-рок».Сборник рассказов, в которых рок-н-ролл становится орудием Зла. Зла темного, властного, убийственного — и мучительно-притягательного! Зла, противостоять которому — НЕВОЗМОЖНО.Перед вами — Стивен Кинг и Эдо ван Белком, Рекс Миллер, Нэнси Коллинз — и многие, многие авторы, давно уже ставшие подлинной «золотой классикой» литературы «ужасов».Читайте. Дрожите!!! Наслаждайтесь!!!В сборник вошли отдельные рассказы из западных антологий «Шок-рок» (Shock Rock, 1992) и «Шок-рок II» (Shock Rock II, 1994).
Авторы: Стивен Кинг, Андерсон Кевин Джей, Ходж Брайан, Рекс Миллер, Бранднер Гарри, Мастертон Грэхем, Нэнси А. Коллинз, Шоу Дэвид Джей, Хотала Рик, Питер Дэвид, Купер Элис, Мьюми Билл, Морлен А. Р., Пирт Нил, Гелб Джефф, ван Белком Эдо, Барон Майк, Гаррет Майкл, Верхайден Марк, дАммасса Дон
Си-эн-эн, «Главные новости «, 16 июля 2000 г.
…Мы получили потрясающую новость из Майами, штат Флорида: местный вудуистский хунган по имени Жан Зидор Дезире только что созвал пресс-конференцию в связи с исчезновением недавно эксгумированного тела… один момент, у нас прямое включение…
(Зидор сидит перед частоколом микрофонов в конференц- зале отеля «Майами-Хилтон»)
ЗИДОР: Я отвечу на ваши вопросы через минуту, как только появится мой коллега… а вот и он, иди сюда, Джим.
(Камеры сдвигаются влево, где в поле зрения появляется темноволосый человек среднего роста; возгласы изумления со стороны невидимой публики)
МОРРИСОН: (подходит к Зидору, затем становится перед микрофонами) Привет… меня зовут Джим…
(Сумбурные возгласы, камеры дают крупный план)
Отрывки из «Полковника Макларена», стр. 80–81
Пресс-конференция Зидора 16 июля была гениальным ходом: показав своего «коллегу» собравшимся представителям прессы и, вдобавок, продемонстрировав, что Моррисон действует по собственной воле и способен говорить за себя, Зидор отмел возможную негативную реакцию полиции и прочих официальных властей. Вместо того чтобы получить ярлык похитителя трупов, Зидор был окрещен прессой «воскресителем». Хотя паспорт, которым он воспользовался, чтобы привезти Моррисона обратно в Соединенные Штаты, был поддельным, тот факт, что он привез своего «коллегу» в тот самый город, где его все еще разыскивали по обвинению в непристойном обнажении, доказывал (в глазах всего мира), что намерения Зидора не были столь бесчестными, какими казались поначалу. Тот факт, что Моррисон добровольно вернулся в Майами, затрудняет доказательство того, что Зидор обладает дьявольской «властью» над воскрешенным Моррисоном.
Даже узнав, что обвинения сняты[14]и тюремное заключение ему уже не грозит, Моррисон все равно решил остаться с Зидором, что в конечном итоге привело к подозрению в том, что Зидор на деле обладает каким-то контролем над Моррисоном (самым ярким примером был посвященный этому делу сюжет из «60 минут» в 2001 г.).
Сам Моррисон категорически отрицал эти обвинения. В письме к редактору «Майами геральд» он писал:
«Во время моей прошлой жизни в минувшем веке никто — ни мужчина, ни женщина — не был моим господином, и такое положение дел сохраняется и теперь » (курсив Моррисона). Далее он утверждал, что решение не вступать в контакт с бывшими участниками его группы, с бывшими коллегами и родственниками «основано единственно на моем желании не вносить в их жизнь еще большего смятения, чем то, что они испытали, узнав о моем нынешнем существовании».[15]Кроме письма в «Майами геральд», Моррисон отправил аналогичные письма, защищавшие конкретные действия Зидора в отношении него, в «Роллинг Стоун», «Уолл-стрит джорнел», «Тайм», «Ньюсуик» и другие журналы и газеты, которые косвенно или прямо критиковали Зидора за воскрешение и «поддержание» Моррисона в его в высшей степени необычном и «неестественном» состоянии; содержание этих писем, хотя и относившихся к конкретным претензиям и/или обвинениям, выдвинутым в какой-то публикации, все они делали упор на его (Моррисона) самостоятельность во всех «решениях и действиях, предпринятых после 3 июля 2000 г., мною самим и по моему поручению».
[16]Впрочем, Моррисон ни разу и не обращался к теме невероятности своего «нынешнего существования»…
Несмотря на то что на момент его смерти ему грозил значительный срок заключения, срок давности обвинения в непристойном обнажении составляет семь лет, и поэтому было принято решение о том, что «в связи с неопределенным юридическим статусом мистера Моррисона, то есть жив он или умер с официальной точки зрения», обвинения 1970 года снимаются, и это решение признано «наиболее гуманным», в связи с «прошествием времени».
Моррисон вступал в контакт с вышеупомянутыми людьми по видеотелефону вскоре после пресс-конференции 16 июля, в основном чтобы доказать, что он действительно является тем, за кого себя выдает, а не самозванцем; о чем на самом деле шла речь в этих двадцати шести зарегистрированных разговорах (продолжавшихся от пяти до пятидесяти шести минут), остается загадкой. Однако никто из тех, кому он звонил, впоследствии не оспаривали его право называться Джеймсом Дагласом Моррисоном, даже несмотря на то что все они упорно отказывались сообщить, что говорил или чего не говорил Моррисон во время телефонного разговора.
Это заявление, конечно, не учитывает наличие у Зидора поддельного паспорта, в который вклеена фотография Моррисона тридцатидвухлетней давности, а также не учитывает время, предшествовавшее 3 июля 2000 г. и прошедшее после 3 июля 1971 г. Моррисон ни разу не обсуждал установленный факт своей смерти в прошлом веке, что в лучшем случае можно счесть курьезным, а в худшем — зловещим упущением.
