* Аннотация: «Есть только миг между прошлым и будущим…»
Авторы: Исаев Глеб Егорович
придется тебе, друг, по новой в окно вывалиться. Может в этот раз повезет.
Эй, какой тезка, какое окно? — Круглов всмотрелся в лицо сидящего перед ним. — Ты мне объяснить хоть что-то можешь? Как это все…?
И в этот момент Сергей вспомнил все. Похмельную физиономию поездного сержанта, госпиталь, отмороженные глаза своего бывшего командира, Арсеньевского рекитера, а после некоторой паузы и вовсе невероятное, однако имевшее место. Серое небо, снежную пелену, троицу его спутников, спешащих успеть до окончания действия вакцины. Упакованного в бронежилет китайского карателя… И еще многое другое, что пришлось пережить ему в настоящем и будущем после той случайной встречи в купе скорого поезда. — А это, выходит, и есть пресловутый Акаси? — Повернул голову Сергей на неподвижный профиль японца. — Воспоминания того, старорежимного Круглова проявились куда в меньшей степени, однако позволили составить некоторое впечатление о произошедшем в купе.
-Слушай… — Круглов уставился на Игната.- Ты же мне про смерть говорил, про ангела… Я уже совсем запутался?
-Не бухти… — Собутыльник воровато, совершенно неподобающе для своего высокого чина, оглянулся и шмыгнул носом.- Я тебе потом все объясню. Сейчас нам главное момент не упустить. Ваши матрицы вот-вот пересекутся. Ты должен, понимаешь, обязан этого узкоглазого в окно выкинуть. Иначе все. Они за лето всю камарилью в кулак соберут. Деньгами накачают. Тогда уже и не изменить ничего. Девятое января, бунт на Потемкине, ну и как следствие постыдный мир… А если тебе, ну ему, то есть удастся полковника ликвидировать, тогда нового уже не успеют прислать. История по другому пойдет. — Игнат лихорадочно подпрыгнул на пружинистом диване. — Ты не бойся. Мы сейчас на секунду от них отстаем, он нас и не видит… Мы уже все возможности выбрали. Ничего не вышло. То одно-то другое. Техника подвела, потом неверно варианты просчитали. Тебя ведь зачем отправили? Неужели не сказали? Горбатого в Крыму подстрелить. Тогда они могли по-полной все на этих свалить. И куда крепче… Но тебе это свое задание исполнить случай не дал. Пацан с камнем, из Чугуевки. И надо же было тебе именно в этом купе оказаться. Вот я и попытался. Все как надо сделал. А тут снова-здорово. Милиционер, сволочь меркантильная. Пришлось на ходу переигрывать. А компьютер с таким количеством вариантов не справился, где-то ошибка… И опять впустую. В общем, последний шанс у нас. Иначе меня ФСБшники из группы «К» примут. Они нас почти отследили…
— Так, что выходит ты и не этот…, ну, не посланник? — Наконец сумел кое-как произнести Сергей. — А как-же… прошлое, будущее.
-Слушай, совсем, да? — Игнат даже смутился.- Ты ведь коммунист, Серега. Боевой офицер. Какой посланник? Из бу…- Он вдруг осекся. — Ну, как тебе объяснить? Мы опыт проводим. На совершенно научной основе. Это в десятом году ускоритель элементарных частиц, коллайдер. А потом уже на его основе, у нас, в Сколково создали… Так сказать аппарат… Прости, но если я тебе правду скажу, еще хуже выйдет. — Потому и в первый раз так сказал… — Игнат скривился и уперся взглядом в лицо Сергея.- Короче. Ты помнишь, чем все кончилось? Помнишь? А ведь они не успели. Те, двое. И тетка страшная… тоже. Ты что для них такой жизни хочешь? Тогда ладно, так и скажи. А можешь все враз поменять. Всего и нужно только, этого вот шпиона в расход вывести. Да для тебя, разведчика, ведь пара пустяков. Это он пацана уделал…, а, по сути, слабак — япошка. Тем более, что и окно для тебя твой пра, пра, уже расколотил. Сережа, не подведи… !!! — В голосе толстяка послышалось настоящее отчаяние.
— Знаешь, что… ангел — не ангел. А пошел бы ты. — Произнес Круглов. — Я в чужие игры не играю. А тетка страшная- это жена моя. Или забыл?
-Сереженька, ну прости, прости. Конечно жена…- Заторопился Игнат. — Десять секунд всего осталось. — Она у тебя умница красавица, вы с ней сто лет проживете, детей будет… все будет… — Речь уговорщика стала бессвязно отрывистой. — Сережа, пять — Ну? Соглашайся… Я тебя умоляю!
Круглов замер, вдохнул воздуха в грудь, собираясь уже было сжалиться над нешуточным отчаянием Игната. — Нет. — Вырвалось у него почти против воли. — Нет.
-С-сука… — Взвыл рыжий сообщник, и в отчаянии долбанул плешивым затылком в стенку вагона. — Тварь… Ненавижу. Теперь у меня все способности сгорели…
Договорить не успел. В глазах у Сергея мигнуло, словно на секунду в купе пропал свет. А в следующее мгновение пропало все. И лежащий лицом в стол тезка, и японский разведчик и даже разоряющийся толстяк. Интерьер дореволюционного купе сменился винилово-дюралевой обстановкой советского
