Я в порту служу докером, только если ты этот, как его… ангел, то чего ты ко мне пришел? Мы вроде не на войне… В поезде едем. Если он с рельсов сойдет, то и остальные тоже… Ну, ты понял. Почему ко мне?
-Почему. — Переспросил Игнат. — А вот. Сам как думаешь? Какая разница, почему. Выдалась вот минутка свободная. Решил передохнуть чуток. Стопку выпить. С кем еще посидеть, как не с душегубом обученным? Другой то в крик. Воли-сопли. А ты мужик крепкий. Я и подумал. Чего не посидеть.
-Так может ты и не ко мне вовсе? — Мимоходом, как ему показалось, поинтересовался капитан.
-Это, извини… Рад бы, но увы. К тебе, Серега. К тебе. Ничего не попишешь. Судьба. — Игнат глянул на летящие мимо поля. — Да ты наливай. Чего все я, да я ?
Однако Круглов пропустил заманчивое предложение мимо ушей. — Погоди… -Он навел резкость. — Ты не спеши. Пусть. Предположим. Но вот, я всяко видал. Ни разу ничего такого. — Слегка невнятно поделился он сомнением. — А ты уж поверь, такое было. Тебе и не снилось… Так почему именно сейчас. — С пьяной настойчивостью уточнил он.
— Значит не пора тогда еще было. Не время. Вот и не видел. Это только в песне поется Как там? … Тысячу раз ей смотрели в глаза. Шалишь. Те, кто смотрели, уже не споют.
-Амба. — Устав дожидаться когда Сергей наполнит посуду, сосед плеснул по стопкам. — Подняли? — Предложил он, ловко, не расплескав ни капли из налитой до краев посуды, поднес ее ко рту.
— Здоров ты пить. — С уважением выдохнул Сергей, помотав головой после выпитой водки. — А все же ответь, кто ты такой? А?
-Снова здорово. — Хмельно удивился напарник. — Вот Фома… Ну, держись. — Он поддернул узковатые ему рукава пиджачка, обнажив полустертую татуировку » Memento more…», на запястье. — Ох, держись…
Впрочем, дальше слов дело не пошло. Собутыльник вдруг сник, и насупился. — Я ведь только и умею, что… а тут еще вон сколько осталось. Жалко бросать. Погоди, вот добьем, я тебе покажу…
Сергей, который успел позабыть о невероятных подробностях известных случайному попутчику, ехидно ухмыльнулся.
— Ничего, ничего…, бывает. — Он сдержал улыбку. — Сам порой такое по пьянке ляпну. Давай накатим… ангел.
-Если ты этот…, ну, как говоришь, то скажи, куда я еду? Зачем? — Выпив еще одну, Серега решил вернуться к неловкой выдумке простоватого собутыльника.
-Я тебе что? Кассандра? — Попытался выкрутиться Игнат. — Чумака, блин, нашел. Мы может знаешь, как устаем… Нам может молоко надо за вредность давать. А он… Что будет…
Он зажмурил один глаз, пытаясь разглядеть собеседника. — А впрочем, чего уж там. — Послали. Тебя. За туманом. — Но… тсс. Ни слова.
Речь его стала отрывистой. — Игнат примерился, и неловко ухватил уезжающую отчего-то в сторону бутылку. Налил в стоящий перед ним в блестящем мельхиоровом подстаканнике стакан, и залихватски выдохнув легко, словно воду, выпил убойную дозу спиртного.
-Молоко… Ты понял? — Он дико оглянулся, попытался разглядеть ткнувшегося в стол лбом собутыльника. — Чего я приходил-то? А, ладно. На посошок… Добил остатки второй бутылки, качнулся выбираясь из-за стола. Икнул. — После …
Стою на полустаночке…, в цветастом… — Пропел он нестройным фальцетом, поворачиваясь к дверям.
-Вот правду говорят — пьяным везет. — Разбуженная грохотом проводница заглянула в купе.
— И как это он в одиночку столько водки сожрал? — Мимоходом удивилась она. Мечущаяся на холодном ветру занавеска, сорванная с железной перекладины влетевшим в окно булыжником, хлопала по заставленному посудой столу. Сам камень лежал на застеленном ковровой дорожкой полу. В россыпи осколков разбитого в клочья стекла. А на полке, мирно подложив ладонь под щеку храпел чудом избежавший глупой смерти пассажир.
-Вот сволочи. — Всплеснула ладонями расстроенная проводница. Совсем хулиганье распоясалось. Хорошо хоть этот один в купе был.
Она недовольно оглядела следы разгрома, и решительно захлопнула дверь купе.
-До утра не замерзнет. — Рассудила привычная ко всему тетка, и отправилась в свое купе.
Глава 2
Огорчение проводницы было понятно: второй раз за поездку, это уже перебор.
Еще после первого начальник поезда сказал коротко и внятно. За следующее окно будет высчитывать. Поднимать шум никто не станет, да и бессмысленно. Транспортники тоже люди, им мчаться