* Аннотация: «Есть только миг между прошлым и будущим…»
Авторы: Исаев Глеб Егорович
поиске…
Сергей, весь опыт общения с прекрасным полом которого сводился к весьма непродолжительным свиданиям со знакомыми курсистками, почувствовал, что его уши слегка порозовели.
Господин ротмистр, но к чему все это? Столь сложная интрига… Я вовсе не готов дать свое согласие.. — Оговорился он, — просто любопытно.
Михайлов провел указательным пальцем, расправляя свои роскошные усы. — Дело в том, что не за горами весьма решительные события. Я имею в виду военное решение конфликта… Это к слову ни для кого не секрет… Однако в условиях военного времени все резиденты японского генерального штаба будут немедленно депортированы из Владивостока.
-Ну и? При чем тут я?
— А для чего мне после вычислять ее заново? Куда проще создать ее самому. — Закончил Михайлов. — Мы создадим своего резидента…
-Понятно…- Разочарованно протянул Круглов. — Ну, хорошо, а дальше?
А дальше… Глобальная дезинформация… — Ротмистр явно уселся на любимого конька. — Не забывайте, Японцы плотно работают и с Германской разведкой. Мы сможем…
-Извините, господин ротмистр, я, конечно не достаточно владею обстановкой, но…- Сергей на мгновение задумался, подбирая слова, — если бы все было так просто…, но мне кажется дело куда более запущено. Начать с того, что даже находясь в караульном помещении я сумел выяснить весьма пикантные подробности, касающиеся расположения и дислокации наших войск. Как быть с этим каналом?
-Что вы имеете в виду? — Вскинул брови Михайлов.
-А вот… — Сергей вытянул из кармана сложенную вчетверо газету. — Последний номер «Русского инвалида», в этом номере, как и в ряде предыдущих, напечатано объявление, призвавшее высылать материалы к годовщине того или иного полка.
А вот и очередные отклики на него. Кстати, здесь имеется не только точный адрес расположенной во Владивостоке Н-ской части, но и краткая история ее существования. Я уже не говорю о званиях, должностях и фамилиях командиров и офицеров… — Сергей протянул газету ротмистру. — И вообще, разве это нормально, когда в караульном помещении истопником работает натуральный китаец?
— Крыть нечем. — Михайлов развел в стороны руки. — Все так… Но если с этими случаями бороться практически невозможно… По ряду причин. То… мы можем перекрыть этот поток лишь в месте, где он из тысяч ручейков собирается в единую реку. По возможности заменить особо ценные сведения правдоподобной дезинформацией, а заодно выявить и самих информаторов.
-Итак? — Каково будет решение? — Взял он быка за рога. — Да или нет?
-Прежде всего, я вовсе не боюсь ваших завуалированных угроз отправить меня в самое захолустье. — Отозвался Сергей. — Однако… Мне нужно подумать. Это слишком ответственное и непростое решение.
-Хорошо. — Сегодня я отправлю вас обратно в караул, а завтра вызову снова. — Не стал упрямиться Ротмистр. — Не подумайте, что это недоверие. — Там вы будете наименее подвержены возможности быть узнанным… впоследствии, — он хитро усмехнулся, и добавил, — в случае вашего согласия.
Окончив беседу, ротмистр вызвал в кабинет унтер-офицера. -Доставьте господина вольноопределяющегося в казармы второго полка. Передайте поручику Лыжину мою просьбу… Разместить с возможными удобствами, обеспечить бельем. Да, и главное… пусть сводят господина вольноопределяющегося баню.
Он повернулся к стоящему у дверей Сергею. — А с вами господин Круглов, я не прощаюсь. До завтра.
Сопровождаемый унтером, Круглов уселся в легкую пролетку, сидящий на козлах ездовой взмахнул вожжами, и экипаж двинулся по неровной, улице.
Миновав новое здание универсального магазина Кунста и Альберта, пролетка спустилась вниз к зданию штаба флотилии.
Глядя на едва заметный в густых кронах деревьев купол маленькой, словно игрушечной, триумфальной арки, выстроенной на дороге, ведущей к набережной, Сергей искренне удивился своеобразию местного пейзажа.
-Как они тут живут? Куда ни глянь, только море да сопки.?
Обустройство, мытье и приведение в порядок обмундирования вовсе не оставило времени на размышления. Лишь поздно вечером, когда Сергей с наслаждением вытянулся на кровати одного из убывших в караул солдат, он смог восстановить в памяти детали странной беседы.
«Что и говорить, ему вовсе не улыбалось играть ничьей роли. Будь то агент господина Михайлова или резидент Японского генштаба. И чем дольше он рассуждал,
