обеспечения. Дело в том, что весь театр будущих военных действий кишит шпионами. За неполные пол дня я лично мог убедиться в том, как работают. Один из них это официант ресторана при вокзале. Он ведет себя настолько бесцеремонно, что записывает секретную информацию, которую в избытке поставляют следующие транзитом господа офицеры прямо в блокнот для заказов.
Второй, это фотограф, господин Норита. Личность весьма известная в городе. В его архиве как минимум несколько тысяч фотографических пластинок с изображением военнослужащих, причем на каждой указаны фамилии и принадлежность к полку, а на многих и дислокация этого подразделения. Можно только догадываться, сколько он уже отправил…
Есть и еще несколько подозрительных личностей. Впрочем, моя цель не эта, по сути рутинная информация. Данные факты я привожу только в качестве иллюстрации. Если из трех встреченных мною в первый же день пребывания в городе иностранцев, двое оказались агентами вражеской разведки, это уже система.
И это только вершки. Не сомневаюсь, что в каждом притоне, доме терпимости, бане, кабаке, имеются свои агенты. Что уж говорить о хунхузах, которые за деньги готовы на все. Они с радостью совмещают свою основную деятельность с приработком на Японскую разведку…
Господин ротмистр, если коротко, то перекрыть канал утечки мы уже опоздали. Вопрос в другом. Как вы считаете, на что надеется Япония начиная войну с заведомо более сильным противником. Ведь даже при нынешней, неудовлетворительной системе сообщений Россия сумеет обеспечить перевес в людских резервах и вооружении где-то ко второму году войны. Сейчас силы на театре будущих военных действий конечно неравны. По моим рассуждениям Япония обладает почти двойным преимуществом на море, лучше информирована, более подготовлена тактически. Я имею ввиду провальное положение с принятием нового боевого устава в нашей армии… Ну и последнее по порядку… это мотивация. Для Японии война носит освободительный, справедливый на их взгляд характер…
-И что позволило вам сделать этакий вывод? — Вмешался в монолог ротмистр.
— Позвольте, я закончу. Уже недолго. — Сергей кивнул на забранное решеткой окно. — Мне хватило часа, что бы получить большую часть информации. Представьте, насколько хорошо информированы наши противники? Но это так, к слову, … давайте примем мои слова за аксиому. Итак. Война, которую начнет Япония для нее бесперспективна. Потери наступающих, а тем более при штурме столь хорошо укрепленных крепостей, как Порт- Артур, Дальний, Владивосток… будут вдвое больше потерь наших войск. Однако, если учесть, что японцы лучше подготовлены к блицкригу…
Тут Круглов замер, и хлопнул глазами, — я имею ввиду молниеносное развитие первого этапа… Так вот, из этого следует, что они вполне способны заставить наши войска оставить Порт-Артур, Дальний, ну и часть Манчжурии. Однако, людские ресурсы Японии в отличии от наших невосполнимы. Уже сейчас они поставили под ружье почти всех резервистов. К тому моменту, когда война вступит в состояние неустойчивого равновесия, вступят в бой наши резерва. Достаточно будет одной армии, что бы разгромить остатки японской армии в пух и прах. Подойдет и часть Балтийской эскадры… Иными словами, если в Японском Генштабе сидят не идиоты, они не могут этого не понимать. Если уж мне, человеку далекому от армии, это ясно, как божий день, что говорить о профессионалах.
— И что из этого следует? — Забыв на миг, с кем имеет дело, поинтересовался Михайлов.
-Элементарно, Ватсон. — Вырвалось у Сергея. Он смешался, поскреб затылок, пытаясь сообразить, отчего это ему пришло в голову вспомнить героя новомодного романа, и продолжил. — Я могу предположить, что они знают нечто, что заставить наше правительство отказаться от продолжения войны. Ну, или весьма на это рассчитывают…
Послушайте, вы…господин вольноопределяющийся. — Рявкнул вдруг ротмистр, и что было сил грохнул по столу кулаком. — Сдается, что вы несколько забываетесь, и не вполне понимаете, где находитесь. Это вам не кафешантан. Рассуждать о государственных делах, не понимая ни бельмеса… Россказни и домыслы оставьте для барышень. Все. Пять минут истекли. Я понял, что заблуждался на ваш счет.
Начальник розыскного отделения глубоко вдохнул, стараясь взять себя в руки, и закончил уже куда тише. Однако голос его не предвещал для агента ничего хорошего.
— Сотрудничество с вами считаю оконченным. — Подвел итог ротмистр. — Вы грубейшим образом нарушили основы конспирации. Расшифровали свою личность,