…В аэропорту Нью-Йорка совершает посадку трансатлантический лайнер. Все пассажиры мертвы, и единственное, что царит на борту, — это Тьма. В дальнейшем пассажиры оживают, только это уже не люди, а исчадия ада, беспощадные зомби — жуткий кровожадный и кровососущий вирус в человеческом обличье, уничтожающий все живое…Борьба со Злом будет страшной и непримиримой, книга полна откровенного ужаса, и в то же время это очень человеческая история, рисующая отважных и сопротивляющихся людей в самой отчаянной ситуации — перед лицом всепланетной гибели.
Авторы: Гильермо дель Торо, Чак Хоган
еще не развилось.
Она сделала еще несколько шагов вперед, из прямоугольника лунного света в полную темноту подвала. В дом вошел призрак. Эфу следовало захлопнуть дверь, но само присутствие девочки парализовало его.
Она повернулась в ту сторону, где стоял Сетракян, определяя его местоположение. Старик включил фонарь. Девочка с застывшим лицом тупо смотрела на него. Потом Сетракян двинулся к ней. Она почувствовала его тепло и повернулась к дверному проему, чтобы убежать.
Эф толкнул тяжелую, обшитую металлом дверь. Она с грохотом захлопнулась. Фундамент завибрировал. Эф даже испугался, что сейчас рухнет весь дом.
Девочка, Эмма Гилбартон, теперь видела их всех. В черном свете, который падал на девочку, Эф разглядел синие следы на ее губах и маленьком подбородке, — словно бы она испачкалась во флуоресцентной краске.
Потом вспомнил: в ультрафиолетовом свете кровь светится синим.
Сетракян держал фонарь в вытянутой руке, чтобы не подпустить девочку к себе. Она реагировала, как животное, которое отступает от горящего факела. Сетракян подошел ближе, и девочка прижалась спиной к стене. Из ее горла вырвался низкий стон отчаяния.
— Доктор, — позвал Сетракян Эфа. — Доктор, подойдите. Быстро!
Эф подошел, взял фонарь у старика, отдал ему топор, и все это время девочку заливал черный свет.
Сетракян отступил на шаг. Отбросил топор, который загремел по бетонному полу, одной рукой ухватил трость под серебряной рукоятью и резким движением другой — отсоединил рукоять.
Из деревянных ножен Сетракян вытащил серебряный меч.
— Поторопитесь, — выдохнул Эф, наблюдая, как девочка корчится у стены в смертоносных лучах фонаря.
Девочка увидела белое лезвие, и на ее лице отразилось нечто вроде страха. Но тут же страх сменился яростью.
— Поторопитесь! — повторил Эф, он хотел, чтобы все побыстрее закончилось.
Девочка зашипела, и в ней, под кожей, Эф увидел темную тень: демон рвался наружу.
Нора наблюдала за мужчиной, лежавшим на полу. Его тело шевельнулось, глаза открылись.
— Профессор! — позвала Нора.
Но старик не отрывал глаз от девочки. Тем временем Гари Гилбартон сел, потом поднялся. В пижаме, босой, с открытыми глазами.
— Профессор! — Нора включила свой фонарь.
В нем что-то треснуло. Она потрясла фонарь, ударила по дну, где находились батарейки. Черный свет замигал, погас, вновь зажегся.
— Профессор! — крикнула Нора.
Мигающий свет привлек внимание Сетракяна. Он повернулся к мертвецу, еще нетвердо держащемуся на ногах. Полагаясь скорее на мастерство, чем на силу, двумя ударами меча в живот и грудь старик заставил Гилбартона согнуться пополам. Из ран потекла белая жидкость.
Эф, оставленный один на один с девочкой, с ужасом смотрел, как находящейся в ней демон готовится к прыжку. Не зная, что происходит у него за спиной, он крикнул:
— Профессор Сетракян!
Сетракян нанес два удара по плечам Гилбартона — руки мертвеца повисли, — потом перерезал подколенные сухожилия. Мертвец теперь стоял на руках и коленях, подняв голову и вытянув шею. Сетракян вскинул меч и произнес несколько слов на иностранном языке, произнес торжественно, после чего меч опустился, рассек шею и отделил голову от туловища, которое повалилось на бетонный пол.
— Профессор! — вновь крикнул Эф. Он направил свет на девочку, терзая ее этим светом… девочку примерно того же возраста, что и Зак… ее широко распахнутые глаза налились синим цветом… то были кровавые слезы!.. а тварь, сидевшая внутри нее, исходила яростью.
Рот девочки открылся, словно она хотела что-то сказать. Словно собралась петь. Рот раскрывался все шире, и из него показалось то самое щупальце с жалом на конце. Щупальце раздувалось, голодные глаза девочки засверкали, словно предчувствуя поживу.
Старик уже встал рядом с Эфом, выставив перед собой меч.
— Назад, стригой! — крикнул он.
Девочка повернулась к нему, ее глаза по-прежнему сверкали. Серебряное лезвие меча было липким от белой жидкости. Сетракян произнес те же слова и занес меч, держа его обеими руками. Эф подался назад, чтобы не оказаться на пути лезвия.
В последний момент девочка подняла руку, и меч отсек кисть, прежде чем отделить голову от шеи. Одного удара вполне хватило. Белая жидкость выплеснулась на стену — не как из артерии, скорее, как из ведра. Тело, кисть, голова упали на пол, голова чуть откатилась.
Сетракян опустил меч, взял у Эфа фонарь и торжествующе направил свет на шею девочки. Но, как сразу понял Эф, не для того, чтобы отметить победу: в луже густой белой крови копошились твари.
Черви-паразиты. Они сворачивались клубком и застывали, когда на них падал ультрафиолетовый
