…В аэропорту Нью-Йорка совершает посадку трансатлантический лайнер. Все пассажиры мертвы, и единственное, что царит на борту, — это Тьма. В дальнейшем пассажиры оживают, только это уже не люди, а исчадия ада, беспощадные зомби — жуткий кровожадный и кровососущий вирус в человеческом обличье, уничтожающий все живое…Борьба со Злом будет страшной и непримиримой, книга полна откровенного ужаса, и в то же время это очень человеческая история, рисующая отважных и сопротивляющихся людей в самой отчаянной ситуации — перед лицом всепланетной гибели.
Авторы: Гильермо дель Торо, Чак Хоган
чиновников с суровыми лицами. Потом появилась картинка самолета рейса 753 авиакомпании «Реджис эйрлайнс», застывшего на летном поле аэропорта Кеннеди.
Царящая в клубе тишина вновь заставила Роджера оглядеться. «Куда, черт побери, все подевались?»
Что-то здесь происходило. Что-то случилось, а он, Роджер Ласc, не имел об этом ни малейшего представления.
Он вновь отпил из стакана, и еще разок, потом поставил стакан и встал. Прошел в часть бара, отгороженную от него стойкой. И там никого. Увидел черную дверь кухни с раздаточным окошечком. Подошел, заглянул. Ни поваров, ни судомоек. Официант-садовник курил и жарил себе стейк.
Роджер вернулся к парадной двери, где оставил багаж. Ни швейцара, ни коридорных, которые могли бы вызвать ему такси. Достал айфон, вышел в Интернет, нашел ближайшую службу такси, вызвал машину.
Дожидаясь такси под ярко освещенными колоннами парадного входа, Роджер Ласc услышал крик — пронзительный крик, разорвавший ночь не так уж и далеко от него. Странно, это все-таки тихий Бронксвилл, а не Маунт-Вернона. Возможно, кричали на поле для гольфа.
Роджер стоял, не шевелясь и не дыша. Прислушивался.
И куда больше крика его напугала последовавшая за ним тишина.
Подъехало такси, за рулем сидел мужчина средних лет, судя по виду, выходец с Ближнего Востока, с ручкой за ухом. Он с улыбкой положил чемоданы Роджера в багажник, и они поехали.
На длинной частной дороге от здания клуба Роджер вглядывался в поле для гольфа и вроде бы увидел, как кто-то пересекал его под светом луны.
Дом Лассов находился в трех минутах езды. Другие автомобили им не встретились, большинство домов стояли темными. Когда они повернули на улицу Мидленд, Роджер увидел идущего по тротуару пешехода — странное для Бронксвилла зрелище, тем более что тот не выгуливал собаку. Это был Хал Чатфилд, сосед, один из двух членов «Сиваноя», которые дали Роджеру рекомендации для вступления в клуб, когда Роджер и Джоан купили дом в Бронксвилле. Шагал Хал как-то странно, руки висели по бокам, да и одежда вызывала вопросы: распахнутый халат, футболка и семейные трусы.
Хал повернулся и уставился на такси, когда они проезжали мимо. Когда же Роджер посмотрел в заднее стекло, чтобы понять, узнал ли его Хал, то увидел, что тот, на прямых ногах, бежит следом. Шестидесятилетний мужчина, в развевающемся, как плащ, халате гнался за такси посреди улицы в Бронксвилле.
Роджер посмотрел на водителя, чтобы понять, видит ли тот преследователя, но мужчина что-то писал на верхнем листке блокнота, закрепленного на приборном щитке.
— Эй, не знаете, что тут происходит? — спросил Роджер.
— Да, — водитель улыбнулся и коротко кивнул. Он не понимал, что говорит Роджер.
Еще два поворота привели их к дому Роджера. Водитель открыл багажник и вышел из машины вместе с Роджером. На улице царили тишина и покой, в доме Роджера, как и в соседних домах, не светилось ни одного окна.
— Знаете что? Подождите здесь. Подождете? — Роджер указал на бордюрный камень. — Можете подождать?
— Ты платишь.
Роджер кивнул. Он не знал, почему просит водителя задержаться. Но почему-то ему не хотелось оставаться здесь в полном одиночестве.
— У меня наличные в доме. Вы подождите. Хорошо?
Роджер оставил багаж в прихожей, куда вошел через боковую дверь, переступил порог кухни.
— Привет! — поздоровался он, нащупал выключатель, щелкнул им, но ничего не изменилось. Он видел, что на микроволновке горели зеленым светом электронные часы, то есть электричество подавалось как положено. На ощупь добрался до шкафчика, в третьем ящике которого всегда лежал ручной фонарик. На кухне стоял неприятный запах, более резкий, чем от остатков еды, сброшенных в мусорное ведро. Запах этот только усилил его тревогу. Быстро выдвинув нужный ящик, Роджер достал фонарик. Включил.
Луч выхватил из темноты кухонный остров, стол за ней, плиту на восемь конфорок.
— Кто дома? — вновь позвал он и устыдился страха в собственном голосе. На стеклянных дверцах буфета луч фонаря высветил темные потеки, будто оставшиеся после битвы кетчупа и майонеза. Роджер почувствовал закипающую злость. Он терпеть не мог беспорядка. И тут уже обратил внимание на перевернутые стулья и грязные следы — босых ног? — на сером граните кухонного острова.
А где домоправительница, госпожа Гилд? Где Джоан? Родлсер подошел к потекам, направил на них луч фонаря. Насчет белого он ничего не мог сказать, но вот красное определенно не тянуло на кетчуп. Он, конечно, не мог утверждать наверняка, но подумал, что это, возможно, кровь.
Роджер увидел движущее отражение на стекле и прошелся лучом по кухне. Лестница черного хода была пуста, просто он задел
