…В аэропорту Нью-Йорка совершает посадку трансатлантический лайнер. Все пассажиры мертвы, и единственное, что царит на борту, — это Тьма. В дальнейшем пассажиры оживают, только это уже не люди, а исчадия ада, беспощадные зомби — жуткий кровожадный и кровососущий вирус в человеческом обличье, уничтожающий все живое…Борьба со Злом будет страшной и непримиримой, книга полна откровенного ужаса, и в то же время это очень человеческая история, рисующая отважных и сопротивляющихся людей в самой отчаянной ситуации — перед лицом всепланетной гибели.
Авторы: Гильермо дель Торо, Чак Хоган
колени, наблюдая за уличной схваткой.
На внедорожнике приехали не копы. Парни в черных капюшонах, скрывающих лица, черных комбинезонах, черных высоких ботинках. Они стреляли из маленьких арбалетов с пистолетной рукояткой и больших — с деревянным винтовочным прикладом. Гус увидел, как один парень прицелился в вампира и всадил стрелу в его шею. Прежде чем вампир успел поднять руки и прикрыть шею, стрела взорвалась в ней, оторвав голову. Одним вампиром стало меньше.
Гус понял, что наконечники стрел серебряные и снабжены зарядом, взрывающимся при контакте.
Охотники на вампиров. Гус в изумлении смотрел на этих парней. Другие вампиры выходили из подъездов домов, но эти стрелки попадали им в шеи с двадцати пяти, а то и тридцати метров.
Один из них быстрым шагом направился к Гусу, словно ошибочно принял его за вампира, и, прежде чем Гус успел произнести хоть слово, наступил ему на руки, пригвоздив их к мостовой. Потом перезарядил арбалет и прицелился в цепь. Стрела с серебряным наконечником разорвала цепь, воткнулась в асфальт. Гус закрыл глаза, но взрыва не последовало. Руки его освободились, пусть на запястьях и остались «браслеты», а в следующее мгновение охотник за вампирами поставил его на ноги. Чувствовалось, что сила у него невероятная.
— Вот это да! — воскликнул Гус, переполненный радостью. — Где я могу записаться?
Но его спаситель вдруг застыл, что-то привлекло его внимание. Гус присмотрелся и увидел, что в тени капюшона прячется мертвенно-белое лицо с черно-красными глазами и тонким, практически безгубым ртом.
Охотник смотрел на кровавые полосы на ладонях Гуса.
Юноша знал этот взгляд. Видел его в глазах брата и матери.
Он попытался вырваться, но охотник крепко держал его за руку. Открыл рот, показалось жало.
Тут подошел другой охотник и приставил стрелу заряженного арбалета к шее первого. Стянул с его головы капюшон. Гус увидел лысую голову и старческие глаза зрелого вампира. Он зарычал, негодуя, что на него наставили оружие, потом отдал Гуса второму охотнику — судя по бледному лицу, виднеющемуся под капюшоном, тоже вампиру, который повел его к внедорожнику и швырнул на сиденья третьего ряда.
Остальные охотники в капюшонах забрались в салон, и внедорожник укатил, развернувшись посреди улицы. Гус понимал, что в салоне только один человек — это он сам. И чего же они от него хотели?
Удар в висок отключил его, так что больше вопросов не возникло. Внедорожник проскочил сквозь клубы дыма, на следующем перекрестке повернул и помчался на север Манхэттена.
«Ванна», образовавшаяся на месте башен Всемирного торгового центра, уходила в глубину на семь этажей. Она была ярко освещена: работа в ней шла круглые сутки. Однако в эту ночь в котловане царила тишина, все машины и механизмы застыли. Наверное, впервые с того дня, как рухнули башни.
— Почему? — спросил Эф. — Почему именно здесь?
— Это место притягивало его, — ответил Сетракян. — Крот устраивает себе гнездо в мертвом стволе упавшего дерева. Гангрена начинается в ране. Для него нет ничего приятнее человеческой трагедии и боли.
Эф, Сетракян и Фет сидели в микроавтобусе Фета, припаркованном на Церковной улице. Сетракян с термовизором устроился у окошка в задней дверце. Машин практически не было. Лишь изредка проезжали такси или автофургон. Никаких пешеходов. И никаких вампиров.
— Здесь слишком светло. — Сетракян не отрывался от термовизора. — Они не хотят, чтобы их видели.
— Мы не может кружить и кружить вокруг котлована, — заметил Эф.
— Если их так много, как мы предполагаем, они должны быть неподалеку, — сказал Сетракян. — Чтобы вернуться в логово до рассвета. — Он посмотрел на Фета. — Представьте себе, что это крысы.
— Вот что я вам скажу, — откликнулся Фет. — Я никогда не видел крысу, идущую через парадную дверь. — Он немного подумал, а потом протиснулся мимо Эфа к передним сиденьям. — У меня есть идея.
По Церковной улице он поехал на север, к городской ратуше, расположенной в квартале к северо-востоку от котлована. Ратушу окружал большой парк. Фет заехал на стоянку для автобусов и заглушил двигатель.
— В этом парке — одна из самых больших в городе крысиных колоний. Мы пытались убрать весь плющ, потому что он очень уж хорошо скрывает землю. Поменяли контейнеры для мусора, но ничего не помогло. Они играют здесь, как белки, особенно в полдень, когда люди приходят сюда перекусить. Еда очень их радует, но еду они могут добыть где угодно. Инфраструктура, вот что влечет их сюда. — Фет указал на землю. — Под нами находится заброшенная станция подземки. Она так и называлась — «Ратуша».
— Она связана с действующими линиями? —
