Штык

или желтыми глазами. Что все мутанты в округе непременно хотят отведать именно человечины, и ради этого они готовы часами идти за потенциальной добычей и бесстрашно лезть под пули и гранаты. Психоз, больше похожий на паранойю, уже стоял на пороге, и Штыку стоило больших трудов, чтобы не броситься с облегчением в его объятия.
В каком-то смысле сейчас было гораздо безопаснее прозевать очередную подкрадывающуюся собаку, чем окончательно увериться в том, что каждое движение вокруг является следствием чьего-то желания откусить человеку голову. Самым же странным в этой ситуации оказалось то, что нервное напряжение Штык чувствовал, а того страха, который должен был это напряжение порождать, — нет.
В этом смысле внутреннее состояние походило на тяжелую рану после приема сильного обезболивающего.
— Хомяк! — позвал он уже гораздо громче, вслушиваясь в слабое эхо, отозвавшееся спустя пару мгновений со стороны открытых боксов.
— Здесь я, товарищ генерал, — раздался голос «рядового» откуда-то слева.
Штык в недоумении осмотрелся. Рядом никого не было, но голос Хомяка звучал так, словно Он стоял буквально в нескольких шагах.
— Генерал Штык, — робко позвал Хомяк. — Вы что, не видите меня?
— Почему не вижу? — осторожно сказал Штык. — Отлично вижу. Просто жду, пока подойдешь и доложишь по форме, как положено.
— Но… Но вы же не говорили, что надо подходить, — робко проблеял Хомяк, буквально материализуясь из воздуха.
От неожиданности у Штыка перехватило дыхание, но он справился с удивлением и сварливо сказал:
— А ты что, сам не знаешь, как следует себя вести, когда старший по званию вызывает?
— Виноват, — заученно сказал Хомяк, опуская глаза и вытягиваясь в строевой стойке.
— Конечно, виноват, — согласился Штык. — А теперь кругом марш и топай туда же, откуда только что пришел.
Хомяк послушно повернулся через левое плечо, сделал несколько шагов и… словно растворился в воздухе.
Штык медленно пошел следом, и Хомяк тут же появился, словно до этого примерял шапку-невидимку. В двух метрах от него Штык заметил аккуратную ямку с идеально ровными краями.
— Хомяк, а ты ничего такого не чувствуешь? — спросил Штык, пытаясь что-нибудь нащупать рядом стволом автомата. — Здесь же аномалия, блин. Как минимум оптическая.
— Никак нет, мой генерал, — уверенно доложил Хомяк. — Ничего не чую.
— Ну как же. Явно вот тут. А ну погоди…
Штык вспомнил, как искали границы аномалий сталкеры, с которыми он познакомился во время первой командировки в Зону. Заранее заготовленных предметов для бросания у него, конечно, не имелось, но под ногами было достаточно камней и кусков штукатурки. Набрав полную горсть мелких камушков, он бросил их в ту сторону, где могла быть аномалия, спрятавшая Хомяка несколько секунд назад. Камушки исчезли, как крупинки сахара в кипятке, зато в кармане бешеной трещоткой заверещал радиометр.
— Ого! — растерянно сказал Штык, делая несколько шагов назад. — Хомяк, ты туда зачем вообще поперся? Давай к зданию шуруй!
Открытие не стало неожиданностью. Подозрение, что Хомяк чувствует далеко не все аномалии, присутствовало с того самого момента, как они спустились с холма, спасаясь от военных сталкеров. Но, пожалуй, впервые это стало настолько очевидным.
Вблизи здание оказалось не настолько сохранившимся, каким виделось издалека. Кроме обычных уже для глаза следов запустения и медленного разрушения от времени, постройка несла на себе следы ожесточенных боев с применением самого разного оружия. Стены сплошь покрыты миниатюрными кратерами от попадания пуль, исчерчены бороздами осколков и опалены термобарическими выстрелами одноразовых гранатометов. Даже не имея особого представления о том, что творилось в этих местах раньше, Штык легко угадывал следы нескольких схваток, произошедших здесь когда-то в разное время.
Штык хотел попасть внутрь здания и подняться повыше, а для этого следовало найти вход. С той стороны, откуда они подошли, в стене обнаружилась большая, плотно закрытая дверь, мало походившая на обычный вход. Скорее всего она вела на какой-нибудь склад. Поэтому Штык, почти не задумываясь, показал Хомяку пальцем в пространство между зданием и боксами.
Аномалий впереди не оказалось, и они довольно быстро прошли вдоль длинной стены с проемами окон на уровне второго этажа. Дальше по ходу движения виднелись остатки искореженных ворот, за которыми медленно колыхалось поле высокой травы.
С другой стороны здания обнаружилось невысокое крылечко и дверной проем. Все пространство вокруг крыльца было густо усеяно костями и черепами. Хомяк встал, не решаясь вступить