Шут

засунуться в прибор, который изваял Сергей Сергеич. Всё равно ни фига не получится.
   А тут ещё он добил меня окончательно:
   — Я ну шучу насчёт сессии. У вас, я смотрю, два экзамена не сдано. Если вы согласитесь, то о них можете не думать.
   Против такого возразить было уже нечего. Тем более, один из этих экзаменов больно дорого стоил. Да и признаться откровенно, любопытно, что за аппарат он там склепал.
   — Сергей Сергеевич, мне просто не терпится приступить.
   — Возможно, это потребует времени.
   — Я отпросился с работы на сессию. У меня ещё почти неделя. Если понадобится, я продлю срок.
   — Хорошо. Подождите меня здесь.
   С этими словами Сергей Сергеич поставил свою закорючку в моей зачётке, после чего забрал её и отправился переводить меня на следующий курс.
   ***
   — Вот,- представил меня Сергей Сергеич на другое утро.- Это — Юрий. Он будет моим ассистентом. Это — Нина Ивановна, она занимается у меня на даче готовкой, стиркой и уборкой. Словом, незаменима во всех отношениях. А вот Петрович, он тут по хозяйственной части.
   Разговор происходил на даче Сергея Сергеича, где, как он говорил, и находился его незаконченный аппарат. Надо же, а я и не знал о том, что мой преподаватель — эксплуататор. Интересно, им в институте такую огромную зарплату платят, или он имеет доход где-то на стороне ? Навряд ли эти двое пашут на него из-за любви к ближнему или из-за несданных зачётов.
   Нина Ивановна — круглолицая, дородная женщина — подала завтрак. Высокий и худой Петрович, до того времени подозрительно разглядывавший меня, сообщил о том, что он дома поел, но чайку попьёт.
   — Как там у нас дела ?- поинтересовался Сергей Сергеич.
   — Да так,- ответил Петрович.- Пацанва вроде бы у нас собиралась ночью яблоки воровать, но Дружок их разогнал.
   С вышеупомянутым Дружком я познакомился чуть раньше. Здоровенный собакевич неопределённой породы злобно облаял меня у калитки, но ушёл в будку, повинуясь окрику Сергея Сергеича.
   — Дикость какая,- заметил мой работодатель, усаживаясь за стол.- Яблоки же ещё зелёные.
   Петрович пожал плечами, будто говоря, что уж он-то за яблоками через забор не полезет, тем более, если они к тому же не созрели. На том разговор о хозяйственных делах и окончился.
   Нина приготовила на завтрак молодую картошку, щедро политую топлённым маслом и присыпанную укропом, жареные баклажаны, салат из помидоров со сметаной и кровяную колбасу.
   — Юра, присаживайся,- пригласил меня Сергей Сергеич.
   Он перешёл в обращении со мной на «ты» ещё вчера, вручив мне зачётку с резюме: «переведён на четвёртый курс». Я не обижался.
   Мы воздали должное завтраку. Нина поведала всем о том, что какой-то Вахрамеев опять избил жену, за каковой подвиг его и забрали в милицию. А ночью по селу шлялись наркоманы. Они свистнули у соседей лопату и тяпку, которые те забыли забрать с огорода, и ещё у кого-то — резиновый шланг. Их бы тоже в милицию надо, но она непонятно куда смотрит.
   — Сволочи,- изрёк Петрович.
   Непонятно было, кого он имеет в виду: милицию, наркоманов или меня с Сергеем Сергеичем, но уточнять я не стал.
   После чая хозяин дачи засобирался в город.
   — Мне уже пора,- сказал он. — Сегодня у меня экзамен. Пообщаюсь со своими лоботрясами и бездельниками. Ночевать, скорее всего, буду дома. А ты, Юра, устраивайся.
   — Да как-то неловко,- пробормотал я.
   — И слышать ничего не хочу. Ты же можешь понадобиться в любой момент. Где потом прикажешь тебя искать ?
   Я пожал плечами.
   — То-то же. Ну ладно, пойду.
  И с этими словами он отправился к остановке маршрутки.
   2. ДАЧА
   ***
   Интересно, а что я должен делать ? Ну ладно, допустим, устроюсь. А потом ?
   — А ты чего будешь делать ?- спросила меня Нина, собирая со стола посуду.
   И эта туда же ! Кто бы меня самого на сей счёт просветил ? Но я всё же ответил:
   — Ассистировать буду Сергею Сергеичу. Он же научной деятельностью занимается.
   Кухарка отмахнулась.
   — Кто его знает, чем он там занимается,- сказала она.- Запрётся в своей сараюшке и может целый день там просидеть. Ты теперь тоже с ним будешь ?
   — Не только. Ещё я буду слушать, что вы с Петровичем говорите, записывать, а потом докладывать Сергею Сергеичу.
   — Да ладно тебе,- не поверила кухарка.- Язык, что помело.
   Но в глазах её мелькнула тревога.
   Петрович презрительно фыркнул и вышел из кухни. Я отправился осматривать достопримечательности и сразу же наткнулся на невысокую, квадратную постройку с окнами, до половины закрашенными белой краской, и запертую амбарным замком. С шиферной