Сибирская жуть-2

не намокшая одежда, которая сразу стала оковами, мешающими плыть. Быстрое течение и холодная вода не позволяли Никите скинуть тяжелые сапоги и намокшую куртку. Никто не мог помочь ему, потому что друзья на другом берегу Кана отдыхали. Человек боролся со стихией, но силы были неравны. Никита стал тонуть, подводные ключи увлекали молодца в омут.
Вдруг темная тень заслонила солнце, упала ему на лицо. Орлиный клекот раздался рядом. Никита увидел своего беркута, лесного друга. Беркут планировал над тонущим человеком. Приподнявшись над ледяной водой, Никита позвал друга, взмахнул застывающей рукой.
«Яша!» – крикнул погибающий охотник, так обычно звал он беркута, когда разговаривал с ним в тайге, глубоко веря, что коричневая птица понимает каждое его слово. Пролетев несколько раз над местом несчастья, беркут устремился прочь, к друзьям Никиты, охотникам, разводившим костер на другом берегу Кана.
Сильная птица подлетела к одному из друзей и клюнула в спину, с криком отлетела и снова клюнула.
«Сошла с ума, птица!» – закричал охотник, хватаясь за ружье.
Но его остановили товарищи:
«Опомнись, это беркут Никитки, наверное, не зря прилетел, случилось что-то!»
Товарищи сели в лодку и поплыли туда, где кружился беркут, издавая орлиный клекот, касаясь крыльями белых бурунов волн. Вскоре увидели сквозь толщу воды Никиту, почти бездыханного. Друзья вытащили тонущего на берег, сняли мокрую одежду, стали откачивать. Откашлялся молодец, задышал, открыл очи ясные, глянул на белый свет. «Живой!» – обрадовались друзья и поблагодарили кружившегося над спасенным хозяином могучего беркута.
«Верный наш беркут! Живем, суетимся, друзей не замечая!»
Долго дружил охотник с птицей, даже когда построили на берегу реки новые жилые кварталы. Поселилась семья беркутов на новом, высоченном доме, где река Кан обтекает город. Напротив, за рекой, густой лес начинается. Жители девятиэтажного дома по Набережной, № 34 часто видят летом планирующих возле лоджий беркутов. Это две гордые птицы, устраивающие гнездо на крыше высотного дома, там, где прежде гнездились их предки в зеленой тайге. Человек выстроил дома на земле их предков, живших здесь задолго до человека и растивших прежде здесь птенцов. Думается мне, что доверились людям царские птицы не просто так. Узнали, передали им сородичи их, что не так уж опасны шумные люди и не всегда обижают братьев своих меньших – птиц и животных. Наверняка научил их доверию человеку прирученный Никитой красавец-беркут Яша.

Случилось это в начале века, сразу, как объявили Первую мировую войну. Тогда забрали на службу воинскую за веру, царя и отечество лучших молодых мужчин. И надо же такому случиться, что как только ушли в армию мужчины-охотники, как разгулялись в тайге волчьи стаи. Волки приходили на хутора, забирались по сугробам на крыши сараев, разгребали соломенные крыши и чинили разбой. Всякому хозяину обидно было, что серый хищник, попавший в кошару, одну овцу съест, а загрызет десять, а то и всех, все равно ему, разбойнику!
Прославилась дерзостью волчья стая, где вожаком была белая волчица, огромная и умная, не знающая страха.
Проживала в то время в деревне Орловка семья крестьянина Референко-Левченко совместно с родителями. Старики помогали воспитывать многочисленных внуков, а их было ни много ни мало – двадцать человек!
Молодая супруга хозяина, Потапа Потаповича, Елизавета, каждый год супружества рожала близнецов. За десять лет совместной жизни у нее родилось двадцать детей и все мальчики.
Пашня у Потапа Потаповича была семьдесят десятин, землица черноземная, сибирская, урожай давала один к двенадцати: на один мешок посеянной пшеницы – двенадцать мешков урожая. Размалывали зернышки в своей Орловке, на водяной мельнице. Тогда несколько видов размола делали: мелкую муку на белое печенье, погрубее для хлебной выпечки и крупчатку, для пирогов и калачей. Семья дружная у Потапа Потаповича и работящая, потому жили в достатке, держали и поросят, и трех коров, птицу разную.
Однажды, на самый Покров, среди темной ночи, услышал Потап Потапович неистовый лай собак во дворе. Выбежал на крыльцо хозяин, поднял повыше фонарь «летучую мышь» и видит: через широкий двор идут два серых волка, держась зубами за уши лучшей его, канадской свиноматки. А свинка лишь жалобно повизгивает, а идет, куда волки ведут. Подошли хищники к плетню огородному, перепрыгнули плетень вместе со свинкою! А потом по снежному насту, по огородному полю, прямо к темнеющему лесу движутся, не обращая внимания ни на людей, ни на собак. А в конце огорода гордо стоит белая волчица, ожидает помощников