В романе удивительным образом переплетаются вымысел и реальность — по тундре бродят мамонты, кочуют и охотятся зверолюди, раздаются выстрелы и совершаются ужасные находки — причудливый мир, в котором истина где-то рядом.Книга доктора философских наук и известного писателя А.Буровского написана на материалах из историко-археологического и энтографического опыта автора.
Авторы: Буровский Андрей Михайлович
– Да мы… да нас…
– Здесь никогда не садился вертолет, не проезжал вездеход, а самолет здесь не сядет. Так откуда вы пришли с товарищем?
Антон заковырял в носу.
– Антон, мы можем сделать просто, будем летать кругами, все сильнее расширяя круги от этого места. Но тогда может стать хуже Василию. Решайте.
Антон безнадежно махнул рукой, окончательно нарушив священные основы спецназа.
– Только, ну, как бы это… В общем, никому не надо сообщать, рассказывать, что кто сказал. И про задание я ничего рассказывать не буду…
И снова шел вертолет, рассекали воздух сверкающие лопасти винта. А в нескольких километрах к югу мудрый старый Алексеевич услышал двигатель и громко крикнул послушному, неузнаваемому Грише:
– А ну прячь все это дело!
И знающий, о чем идет речь, Гриша моментально кинулся ховать на «нужные» места крупу, спиртное и оружие. Так что вышедшие из вертолета застали только то, что им положено: костерок, и над ним – тушка зайца (поймали силками, конечно), чайник, небритый измученный Алексеич, озабоченный, как дальше жить, Гриша.
– Здравствуйте, у вас хлебушка нет? – такими словами встретил Алексеич вышедших из вертолета.
– Хлебушек есть… Есть и мясо. Ну что, можем вас отсюда снять, увезти в город. Собирайтесь! – вновь выступил в роли переводчика Миша.
– Нет, уходить нам никак нельзя…
– Почему нельзя?
– Нам надо технику стеречь. Начальство про нас в курсе дела, когда надо будет, тогда и снимет.
– А если у вас еды нет? Тогда как?
– Задание выполняют любой ценой… В том числе и ценой жизни. У вас что, в Японии не так?
– Было так, теперь все совсем не так.
– Какая странная страна.
– Ну, собираетесь?!
– Нет, мы не можем… Вот если вы нам хлебушка подкинете, тогда спасибо…
– Подкинем и хлеба, и другой еды.
Тоекуда не мог не заметить, что Алексеич вовсе не истощен, и сделал весьма правильный вывод, что не так плохо они с Гришей и устроились. Но почему это страшная тайна?!
– Ладно… Вот хлеб, крупа, консервы. Вам вдвоем хватит надолго. А теперь скажите, почтенные, вы должны были садиться не здесь, верно?
– Не здесь…
– А где?
– Не… Не могу вам сказать…
Бочком, бочком, морским крабиком стал пятиться бедняга Алексеич.
– Стояра! – рявкнул Ямиками «по-русски» и добавил с самым грозным видом: – Вы могра не говорира… Тогда мы будет рассифровывать яссик… Но тогда вы нам узе совсем не будете нузьны…
И попросил Мишу перевести, вдруг он упустил что-то важное. Вряд ли Ямиками собирался прикончить бедного старого Алексеича.
Собственно, прямых угроз и не было… Но такой кровожадностью отдавал оскал интеллигентного, милого Тоекуды, столько страшных сказок стояло за ним, за его улыбкой, за самой Японией – про зверства садистов-самураев (право, уж кому бы рассказывать), что Алексеич сломался, и сразу. И просил только того же, что и Антон, чтобы никак не стало известно, что они что-то сказали… Тоекуда отметил это, заверяя Алексеича во всем, что только можно.
Тоекуда вышел на связь.
Нет, никого не отыскали.
– Василий, выйдете в северо-западный угол озера.
– Вы же там были, шеф?
– По-видимому, надо забираться дальше, подниматься по течению рек. Но помните – задача остается: зафиксировать и сообщить. Исключение – бедственное положение найденных.
– Слушаю, шеф, выхожу на северо-запад.
– Жду сообщения с северо-запада.
– Знаете, Миша, – задумчиво сказал Ямиками, когда вертолет шел обратно, к загадочным развалинам у озера, – все это мне очень напоминает один детский рассказик про мальчика, которого во время игры поставили на пост. И этот мальчик чуть не простудился в вечернем холодном саду, но отказался уйти, пока его не снимет с поста настоящий капитан или майор. Но с одной поправкой… Все эти люди ведут себя, как этот глупый мальчик, но одновременно хорошо умеют заботиться о себе. Причем заботиться, обманывая своих начальников и командиров.
– Если они расскажут, как заботятся о себе, их могут наказать, – уточнил Миша.
– Вот это-то как раз и странно… Совершенно необъяснимая система взаимного вранья. Какой в ней смысл? – продолжал удивляться Ямиками. – И, кстати, Миша. А это что за место, куда мы летим? Кто здесь строил и зачем?
И Тоекуда удивился: какое торжественно-скорбное выражение приобрели сразу лица эбису.
– Наверное, это лагерь… Тут много строили… Добывали руды и плавили из них металлы… Но все силами заключенных, понимаете?
– Силами рабов? Из лагерей?
– Их никто не называет рабами.
– А в чем разница? – заинтересовался Тоекуда. – Чем ваши заключенные
