Главная героиня, в поисках клада, попадает в таинственный и загадочный мир Сибирской тайги. Оставшись наедине с природой, ей приходится подчиниться законам тайги и отказаться от условностей цивилизации.
Авторы: Буровский Андрей Михайлович
скалы… там что, тоже волшебный шар?
Павел кинул на Ирину взгляд, понятный обоим. Ирка, вроде бы, уже убедилась — знакомым Павла верить можно. Но и говорить правду не хотелось.
— Ну да… Я еще точно не знаю — может быть, этот шар еще закопан под одной скалой…
Опять недоуменное молчание.
— Что, собираетесь копать? — в голосе Андрея Маралова тонко соединились уважение к гостям, желание понять степень их вменяемости, интерес к различным путешествиям и приключениям, сомнение в существовании шара, стремление узнать все, чего не рассказали гости, уверенность, что они не все рассказали.
— Закопан… — глубокомысленно заметил Алексей, сделав движение руками, словно поднимал что-то на лопату, — как у пиратов Карибского моря! Там парочки скелетов нет?! Чтобы все как у Эдгара По: «Маса, я кидал в правый глаз, вот в этот!»
И Алексей обеими руками зажал левый глаз и сидел, сотрясаясь от хохота.
Андрей посмотрел на брата с укоризной, чуть заметно пожал плечами.
— Так вы, получается, шар и выкопать думаете, и в пещере найти?
— Андрюша, мы сами не знаем… В смысле, не знаем, где он. Поэтому мы и копать готовы, и походить по пещере, — Павел и не припомнил, когда он чувствовал себя большим идиотом, чем сегодня.
— Про пещеру сразу скажем, — переглянулся с братом, от обоих высказался Алексей, — тут у нас пещер всяких полно… А настоящая, большущая — одна. И ходить по этой пещере не просто. Так и называется — Страшная. Остальные пещеры все облазили на сто рядов, а по Страшной ходят мало, в ней еще много мест, где вообще никто никогда не бывал. Если где-то шар и есть, то в ней. Так что пещеру — покажем, и даже сами туда слазим… Слазим, Лешка?
— Конечно, слазим. В шар, правда, не очень-то верится, так хоть пещеру посмотрим.
За окном нарастало жуткое завывание двигателя. Рев достиг апогея, звук был такой, как будто шел на взлет ИЛ-68 или ТУ-154. Ирина заметила в окно доисторический газик, мчавшийся к воротам наискось — словно машина собиралась врезаться в дом с полного хода.
Сначала Ирке показалось, что машина разделилась на две, и одна половинка затормозила в тучах пыли, издавая жуткий скрежет, а вторая на ногах вприпрыжку ринулась к дому.
— Вот и отец, — удовлетворенно кивнул Алексей.
На крыльце бухало так, словно шел на двух ногах если и не динозавр, то по крайней мере слон встал на дыбы. Вошедший мгновенно заполнил собой всю комнату без остатка. Ирине с перепугу показалось, что даже воздуха не осталось в помещении, которое полностью затопил старший Маралов.
— Гости! Уже встали? Куда собираетесь? — голос Маралова отдавался во всех концах дома, и от каждого звука содрогались все предметы вокруг. Дом со стандартной высотой потолка, в два метра сорок сантиметров, показался вдруг ужасно низким. Ирина, совсем не карлица, оказалась по плечо вошедшему.
Руки… раза в четыре больше рук обычного человека, доставали любой предмет с расстояния в несколько метров. Дмитрий Сергеевич наклонился с улыбкой к Ирине, и Ира вздрогнула от близости этого лица — по площади раза в три больше ее собственного.
Видно было, что человек этот очень добродушный, даже попросту говоря, добрый, но вот рассердить этого человека, даже вызвать у него неудовольствия Ирина бы очень не хотела. Даже крохотный Мишка, похоже, замолчал и засопел от уважения… нет, не побоимся сказать прямо — замолчал он от почтения к отцу.
При этом Маралова никак нельзя было назвать ни длинным, ни даже высоким. Он просто был очень большим. Его было во все стороны много… вот, пожалуй, самое точное определение. Если бы Ирина умела хорошо рисовать, она нарисовала бы с Маралова Илью Муромца или Микулу Селяниновича.
И еще у Ирины мелькнула мысль, что, наверное, быть дочкой такого человека может быть, иногда и жутковато, но зато очень приятно. И уж конечно, очень интересно.
Жизнерадостно хлебая суп, Маралов гулко вопил про то, как надо работать на лесопилке, и как никто толком не умеет, только попусту расходует материал. Всем показалось, что Маралов был в доме несколько минут; только когда хозяин дома плюхнулся на сиденье машины, под жалобный скрип рессор, Павел взглянул на часы, и оказалось, что прошел-то почти час.
Даже братья Мараловы притихли — от их папы приходилось отдыхать.
— Ну что, ребята… Время сейчас есть, нам только надо сходить за молоком к тете Дусе. Хотите с нами? Сразу и покажем вам деревню?
— Конечно, хотим, — Павел как-то начал привыкать, говорить сразу за обоих — и за себя, и за Ирину. — А вот когда бы нам пойти искать шар? Как считаете?
— Ребята, вы можете поехать с отцом на базу. От его базы до Красных скал — рукой подать. А на базе у него сейчас живут, и он послезавтра
