Неисчерпаемы тайны и загадки окружающего мира. Встречи с необъяснимым, непознанным подстерегают нас не только в дебрях тайги, в пещерах и на лесных озерах, но даже в обычной городской квартире может поселиться нечто загадочное и пугающее.
Авторы: Буровский Андрей Михайлович
чиновнику тоже могли рассказать о вампирах, но как он отнесся бы к ним, нетрудно себе представить.
Что касается офицеров провинциальных гарнизонов… О российских гарнизонных офицерах много писал А.И. Куприн, и, надо сказать, это довольно мрачные описания. Даже самое сочувственное описание Александра Ивановича оставляет чувство то ли жути, то ли попросту гадливости: перед читателем предстают какие-то спивающиеся, деградирующие на глазах личности, почти лишенные любых духовных интересов, основные занятия которых – пьянство и хождение по бабам. А поскольку баб немного, меняют их часто, женщины ходят по кругу… В общем, ужас.
Уверяю вас, дорогие мои читатели, австрийцы относились к своим гарнизонным офицерам точно так же (кое-что об этом можно почерпнуть и у Стефана Цвейга), если не хуже. И их подписи под документами воспринимались, скорее всего, однозначно – допились ребята.
Представьте себе, дорогой читатель, что герои Куприна прислали в Петербург, году в 1820 или 1840, обширный документ, в котором подробно излагали бы, как сбивали из полковых пушек Соловьев-разбойников с дубов или прочесывали лес в поисках кикиморы, высосавшей кровь из дочки полковника… Честно говоря, я почти уверен: в Российской империи такой документ просто не мог бы появиться на свет – его никто не решился бы написать и отослать… даже если бы в гарнизонный городок вломился бы Змей Горыныч или во время маневров в каком-нибудь глухом уголке Курской губернии была бы подбита ступа с Бабой Ягой, чему были бы тысячи свидетелей. Так что в Австрийской (с 1848 года – Австро-Венгерской) империи дело обстояло еще не самым худшим образом…
Не надо считать австрийских немцев расистами – это глубоко несправедливо. Империя Габсбургов с XVI века сложилась как многонациональное государство. Немцы в нем были самым культурным и самым сильным элементом; империя и возникла как результат завоевания немцами земель славян и венгров.
Официальный язык делопроизводства, культуры и науки был немецкий; всякий, кто получал хоть какое-то образование или поступал на службу, волей-неволей учил немецкий язык (как в Российской империи – русский). В Австро-Венгерской империи семья всякого образованного человека, тем более офицера или чиновника, постепенно онемечивалась. Это не мешало ни венграм графам Сечени, ни графам Черноу, происходившим от славянина Михая Черного, стать приближенными австрийских императоров и входить в круг венской столичной знати.
Но славяне в Австрийской империи были или подозрительным, политически неблагонадежным меньшинством, как поляки, или отсталыми в культурном отношении, в основном деревенскими людьми, в среде которых не исчезли даже кровная месть и племенные отношения (как черногорцы). Ну и мало ли что они могли там рассказывать, эти подозрительные мятежники или необразованные дикари?!
Правда, вампиров побаивались и сами венгры… Но мало ли что болтает мужичье даже самых культурных народов?!
Причины, по которым и официальные власти Австрийской империи, и официальная наука игнорировали сведения о вампирах, к сожалению, очевидны.
Но если уж мы говорим об этом загадочном и жутком явлении – обратим внимание, как четко привязано оно к совершенно определенному месту! Где говорят о вампирах, где берегутся от них? Это южная Польша, Венгрия, область распространения южных славян и немецкие земли по Дунаю… Причем не по всему Дунаю, а как раз в его среднем течении – там, куда с XVI—XVII веков, после завоевания славянских земель, потянулся поток немецких колонистов.
Немцы оседали на землю, приехав во владения Габсбургов – Австро-Венгерскую империю – навсегда; появлялись на свет новые поколения, для которых Австрия была уже не дальней восточной землей, отбитой у варваров, а родиной. И эти немцы, коренные для новых мест расселения, тоже стали рассказывать о вампирах!
Их легенды и мифы европейская наука так же высокомерно третировала, как «предрассудки» венгров и славян, в чем трудно не увидеть какую-то мрачную справедливость.
Заметим – я не настаиваю ни на чем и не берусь утверждать решительно ничего. Единственное, что я берусь утверждать:
Во-первых, Проспер Мериме, рассказывая о вампирах в своей «Гузле», опирался на подлинные документы.
Во-вторых, эти документы никогда и никем не были дотошно изучены, а содержащиеся в них сведения – проверены.
Вот и все.
Эта история тоже рассказана
