Неисчерпаемы тайны и загадки окружающего мира. Встречи с необъяснимым, непознанным подстерегают нас не только в дебрях тайги, в пещерах и на лесных озерах, но даже в обычной городской квартире может поселиться нечто загадочное и пугающее.
Авторы: Буровский Андрей Михайлович
прекрасного источника обогащения.
Алеуты и индейцы племени хайда огорчались, что колоши по-прежнему пытаются их грабить и забирают их детей в рабство.
Русские огорчались, что их лучезарные планы обогащения так неправильно понимаются и встречают сопротивление.
Все были огорчены, и из этого проистекали войны; жестокие до безумия войны первобытных людей, не умевших щадить ни самих себя, ни противника. Ворвавшись в русское поселение, колоши поступали привычно – то есть резали всех, кто попадался на пути, включая грудных младенцев в люльке. А если они даже брали пленных, то содержали их в таких условиях, что пленные возвращались калеками. Одну женщину пришлось учить ходить – два года она провела в клетке высотой от силы восемьдесят сантиметров и ходила только на четвереньках. Колоши приходили посмотреть на поверженного врага, очень радовались, хохотали и показывали пальцами, а насмотревшись, швыряли ей объедки.
Русские пытались быть великодушными, да и не уподобляться же дикарям?! Но для колошей поведение русских было проявлением не великодушия, а слабости и даже трусости. Правитель Российско-американской компании Александр Баранов пытался договориться с одним взятым в плен вождем, настроить его на более гуманный лад и получил великолепный ответ:
– Ты мне все равно ничего не сделаешь, ты боишься даже грудных детей!
Александр Баранов отдал приказ «не бояться», что колоши приняли совершенно нормально: по их представлениям, им следовало или поголовно погибнуть и всем вместе отправиться в Поля Счастливой Охоты, или же истребить ненавистных врагов. Пушнину они стали продавать американцам, чтобы получить побольше огнестрельного оружия, и еще в 1840-е годы вели с русскими самые настоящие войны.
Пытались засылать к колошам и православных проповедников… Но как ни удивительно, поговорка «каков поп, таков и приход», оказалась верной и здесь. У разумных, охотно перенимавших русскую культуру алеутов нашелся достойный пастырь – отец И. Вениаминов. Он не только окрестил алеутов, но изучил их язык и перевел на алеутский язык Библию. Знающие люди говорили мне, что в переводе на алеутский звучит примерно так: «Усатый-как-морж-умный-как-касатка-старик-который-сидит-на-высокой-горе-и-все-видит». Но даже если это так – перевод-то был сделан, и алеуты с начала XIX века все чаще стали жить в деревянных избах, с образами в красном углу, разнообразной посудой и печами, одеваться в европейскую одежду. Очень быстро появились и русско-алеутские браки.
Так что и проповедь Вениаминова была очень успешной, и алеуты обрели достойного их пастыря.
А вот колошам доставались почему-то священники в основном из сосланных второй раз. Ссылали, скажем, священника за непробудное пьянство и за алкогольный дебош из Европейской России в Сибирь. Попадает он в Иркутск, принимается за старое, и священника ссылают второй раз – теперь уже в Америку! Такие горе-пастыри, порой даже с психиатрической клиникой, и доставались колошам. Но возвращались из их земель как раз только сумасшедшие; что поделать, уважают первобытные люди сумасшедших! Одного такого священника с приветом колоши как-то раз даже съели – так сказать, причастились его плоти и крови.
Последние годы считается хорошим тоном «разоблачать» колониализм и разъяснять, что это колонизаторы были плохие, а первобытные люди были как раз хорошие, защитники своей родной земли и вообще молодцы. Соответственно, и все упоминания о людоедстве первобытных людей трактуются очень просто – как откровенное вранье, имеющее целью оправдать колониальные захваты и ограбление чужих земель. И вообще первобытные люди рассматриваются как своего рода люди, живущие в природной идиллии, экологически правильно и показывающие нам пример, как надо жить.
Только вот колоши – это довольно крепкие орешки. И воевали они не столько за родную землю, сколько за право мордовать и грабить другие племена, и зверей истребляли без всякого учета экологии. И людей они ели, что тут поделаешь… Кроме истории со священником, известно еще по крайней мере два хорошо документированных случая, когда приговоренного съедали сами же судьи – в том числе и для того, чтобы проникнуться его качествами.
А вот русские, даром что колонизаторы, людоедством все-таки не занимались, а занимались как-то больше промыслами и торговлей. Но вот не со всеми получалось…
На азиатской стороне пролива Беринга плохо получалось торговать с чукчами. По правде говоря, меня очень огорчает, что этот маленький мужественный народ, давший миру прекрасного писателя Юрия Рытхэу, стал жертвой отвратительных расистских анекдотов. И сами-то анекдоты, как правило, дурацкие, а если
