Неисчерпаемы тайны и загадки окружающего мира. Встречи с необъяснимым, непознанным подстерегают нас не только в дебрях тайги, в пещерах и на лесных озерах, но даже в обычной городской квартире может поселиться нечто загадочное и пугающее.
Авторы: Буровский Андрей Михайлович
уже прошли времена, когда Сибирь была экологически очень чистой страной. Пространства ее огромны, возможности ее природы колоссальны, нет слов! Но слишком уж долго эксплуатировались эти богатства бесхозно и бездумно, без мыслей о завтрашнем дне. Да еще и военно-промышленный комплекс совершенно не думал ни о чем, кроме как своих специфических задачах. Помню жуткую историю, разразившуюся в давнем уже 1989 году: выяснилось, что жители ряда сибирских деревень давно отравлены токсичными отходами ракетного топлива. Пускали господа военные ракеты, испытывали все более совершенные варианты, чтобы убить сразу людей побольше; и притом пускали-то таким образом, что пролетали ракеты над населенными пунктами. Продукты сгорания ракетного топлива токсичны, то есть говоря попросту – ядовиты. Онкологические заболевания и заболевания сердечно-сосудистой системы косили людей в деревнях, поблизости от которых пролетали эти ракеты. Позже, во время войны в Персидском заливе (январь 1990 года), Саддам Хусейн пытался использовать эти ракеты, но летели-то они решительно куда угодно, только не туда, куда их пускали. А для своих все же были эти ракеты опасны, и очень может быть, что черный грибник предупреждает людей и о последствиях экспериментов ВПК. Есть мрачный слух, что и построили здание университета над могильником ядовитых отходов. Так что повторюсь: грибник – вовсе не враг людям, может быть, он их спаситель.
Ах да! О случае, когда люди все-таки увидели уши черного грибника… Этими людьми стали три девушки, студентки одного из красноярских институтов. Эти девушки ухитрились заблудиться в таком, казалось бы, цивилизованном месте. Шли сначала вдоль дач, потом свернули к самой сопке и заблудились в густом сосняке. Всего-то этот массив площадью в десять квадратных километров, и, если полчаса идти в одном и том же направлении, обязательно выйдешь к опушке леса, к сопке, к дачам или к рассекающей лес шоссейной дороге. Тропинок там сколько угодно, но эти тропинки путались, сходились и расходились, исчезали в траве и ответвлялись от других. К тому же девицы не пошли в одну и только в одну сторону; они стали метаться, стараясь выйти к сопке и каждые несколько минут находя ее в другом направлении.
Как можно вести себя настолько глупо, это опять же особый разговор, но факт остается фактом: девушки вели себя именно так и несколько часов не могли выйти из лесного пятачка размером пять километров на два. Начало темнеть, небо закрыли тучи, люди из леса окончательно исчезли, и даже если бы девушки вышли на открытое пространство, они не увидели бы сопки и не смогли бы сориентироваться. Самое простое было бы слушать дорогу: по ней постоянно кто-то едет, и пение моторов всегда слышно очень хорошо. Но девушки не сделали и этого, а только впадали в истерику и уже начали обсуждать, когда их примутся искать назавтра.
Тут-то и появился вдруг меленький сухой человек с корзинкой, в черной кепке и с «лицом таким неприятным». Но приятное там или нет, а девушки кинулись к нему:
– Ой, вы не знаете, где город?! Вы нам не покажете?! Мы что угодно! Мы заблудились!
– Ну пошли… – пожевал губами человек, – покажу вам, где все. И как вы ухитрились заблудиться?
Человек говорил это без всякого удовольствия, скорее неохотно, однако ведь обещал вывести! Человек двинулся по тропинке, призывно махнул рукой, и девушки пошли за ним. Попытки беседовать со спутником не имели никакого успеха – черный грибник только невнятно бурчал в ответ на любые высказывания спутниц. Бурчание звучало настолько нелюбезно, что даже на болтливых и не очень умных подружек подействовало, и они все-таки примолкли. Только одна девушка (звали ее Оля; такая сдобная маленькая брюнетка) все же догнала спутника, попыталась отнять у него корзинку:
– Давайте я вам помогу!
– Нет, я сам!
– Ой, а почему у вас только четыре пальца?!
Черный грибник невнятно буркнул, и Оля тут же сделала вывод и поделилась им со спутником:
– Это вы воевали, да?!
На мой вопрос, сколько могло быть лет грибнику, Оля недоуменно посмотрела на меня и ответила, пожав плечами:
– Ну, примерно шестьдесят…
– А когда война кончилась? Сколько лет назад?
Оля так интенсивно думала, что даже вспотела и начала громко сопеть. С цифрами ей пришлось помочь, и девушка тут же высказалась, сопротивляясь моему неверию:
– А может, он в партизанском отряде был? Или в лагере для детишков?!
Очень скоро, буквально через несколько минут хода, стало хорошо слышно шум на шоссе, заметны лучи фар от проходящих машин.
– Туда идите, – махнул рукой черный грибник.
– Спасибо вам! Ох и спасибо!
Девушки с топотом кинулись к шоссе – скорее оказаться на гудроне,
