Почти каждый человек в своей жизни сталкивается с загадочными явлениями, но не все решаются говорить об этом вслух. В сборник вошли истории о странных, не поддающихся объяснению событиях. Основу книги составили рассказы известного писателя А.А.Бушкова и А.М.Буровского.
Авторы: Бушков Александр, Буровский Андрей Михайлович
шаманизме в отдельных отсталых районах Сибири говорят довольно много, но ученые мало занимаются шаманами. Считается, что ничего особенно интересного и важного в этом явлении нет – так себе, одна из форм первобытной религии. Историков так долго воспитывали в духе железобетонного марксистского материализма, что они сами в это поверили. В Красноярске в 1937 году директор краеведческого музея даже сожгла всю коллекцию шаманских одеяний, бубнов, колотушек, табакерок – нечего держать в советском музее всякую пропаганду религии!
Я далек от мысли, что все шаманы и даже их большинство имели какую-то экстрасенсорную силу. Но некоторые, несомненно, имели – я уже описывал погребения, которые свидетельствуют об этом. Самыми сильными у народов Сибири считались эвенкийские шаманы – сильнее монгольских, хакасских или якутских. У скотоводческих, культурных народов считались самыми сильными шаманы охотников, которые всю жизнь проводили в кочевках по тайге.
В лесу трудно разводить большие стада; у эвенков всегда было немного оленей, и главным в их хозяйстве была охота на диких зверей. Всю жизнь эвенк проводил почти что под открытым небом, никак не отгораживаясь от стихий; просто чтобы физически выжить, он должен был внимательно вглядываться в природу, накапливать приметы, изучать закономерности и связи. Наконец, как можно лучше знать лечебные свойства трав, животных и минералов.
Сильные шаманы были хранителями этого опыта совершенно первобытной жизни, накопленных веками знаний. В какой степени это знание живо? Что могло сохраниться в наш «просвещенный» век?
Долгое время ученые-этнографы описывали внешние черты хозяйства – какими орудиями долбят лодки, как плетут сети и затачивают ножи или самое большее – повседневные обычаи народа: как заключаются браки, какие песни при этом поют, как пеленают младенцев и почитают ли стариков. А верования считались чем-то отжившим, диким. Чем-то таким, что сохранилось только у стариков, как отзвук другой жизни, времен их далекой молодости. Вроде бы у «молодежи» – у тех, кому меньше пятидесяти – веры в духов уже никак не может быть. Ведь они «цивилизованные», кончали школы и знают, что никакого Бога нет на небе, а в тайге нет и не может быть духов.
Тем интереснее оказалось открытие одного иркутского этнографа в конце 1970-х годов… Меня он не просил об этом писать, поэтому назову его так: Анатолий. Работая на реке Лене, он выяснил: целые эвенкийские деревни и сегодня пользуются писаницами – скалами с выбитыми на них изображениями.
Писаницы встречаются почти по всей Сибири. Ученые довольно точно определяют возраст изображений. Вот изображена длинная лодка, выдолбленнная из цельного ствола дерева. Человек с копьем ловко поддевает рыбу из воды. Вот перебирает сухими ногами, бежит, закидывая на спину рога, лось. Вот какие-то непонятные значки – то ли кресты, то ли планы жилищ… Ясно, это выбивали на скале охотники. И понятно, как делалось изображение: приставляли к скале острый камень, били другим, потом снова и снова, проводя линию этими неглубокими, неровными ямками.
На юге Сибири, где до русских жили скотоводы и земледельцы, на писаницах изображают стада коров, лошадей и овец, рубленые избы, ритуальные огромные котлы. На самых поздних писаницах, уже времен Средневековья, – сплошные скачущие всадники, пронзающие друг друга копьями и мечами, стрелки-лучники, крепости, военачальники в пышных одеждах, развевающиеся знамена, караваны верблюдов. Эти писаницы выбиты железными зубилами, прочерчены металлическими инструментами.
Есть скалы, на которых писаницы тянутся на сотни метров, на километры, занимая все удобные, сколько-нибудь ровные поверхности, а более поздние изображения делались прямо поверх более ранних. И все эти выбитые на камнях изображения, вся огромная работа для чего-то же делалась! Как использовал человек писаницы, зачем они служили ему – оставалось совершенно непонятным.
А иркутский ученый узнал, как современные эвенки используют эти писаницы! Они вполне современные люди, эти эвенки, ничуть не более дикие, чем русские или украинцы. Они умеют водить моторные лодки и машины, читали Толстого и Пушкина и уж, конечно, смотрят телевизор. Ну, немного другие лица. Ну, обычаи немного отличаются от русских. Но в этих деревнях есть обычай: в 16 лет и парень, и девушка обязательно должны погадать.
Для этого молодой человек или девица отправляются к писанице. Три дня плывут на лодке – все вверх по узкому, порожистому притоку Лены, ближе к скальным выходам. Вечером третьего дня устраиваются на ночевку в бухточке, от которой ведет вверх к скалам еле заметная тропинка.
А наутро, едва встали, – вперед,
