Сашка Зиновьева — деревенская девушка, поступившая в один из самых престижных университетов России. Ей бы учиться и учиться, но на голову сваливается психованный и неуравновешенный Игорь, сын первого проректора этого самого университета. И угораздило её подружиться с его сводной сестрой? Между парнем и девушкой началась настоящая вражда, а судьба как назло не устаёт сталкивать их лбами…И со временем уже становится трудно понять, что между ними: ненависть или такая странная любовь?
Авторы: Кира Фэй
алкоголь. Не удивлюсь, если он и за руль сядет пьяным. Едва ли он пьяным водит хуже, чем Верховцев трезвым.
Он так легко скользнул в моих мыслях…и мысли тут же лезвием скользнули по сердцу. Третья стопка водки вызвала уже сильную тошноту. Кое-как справившись, я откинулась на стул и тупо уставилась в потолок, чувствуя, как алкоголь расходится по венам. Голова начала кружиться, но от чего-то мне стало только больнее. Словно водка только ещё больше заставила разгореться костёр боли. Говорят, алкоголь помогает, но у меня всё как всегда было наоборот.
— Ешь! — гавкнул над ухом Пашка. Я, понимая, что сейчас водка попусту разъедает мой пустой желудок, принялась жевать какую-то отбивную, даже не чувствуя вкуса. Хотелось разреветься в голос, но у меня никак не получалось. Тупое глухое отчаянье наполнило меня до краёв, но никак не хотело излиться наружу.
— Пей! — он подлил мне ещё водки. Я опрокинула стопку, но когда запивала её соком, просто выплюнула водку в стакан. Пашка ничего не заметил. Он откровенно спаивал меня. И я знала зачем. И понимала, что при определённых уговорах, смогу согласиться переспать с ним даже трезвой. Потому что от меня всё равно уже ничего не осталась. Теперь какая разница кто? Никто уже не займёт в моём сердце хоть какое-то место. Потому что оно всё ещё переполнено Игорем Верховцевым.
— Ну как, развлекаешься, Саша? — Пашка притиснулся ко мне и обнял за талию.
— Ну, разумеется, — усмехнулась я. Всё-таки я уже пьяна. Хватило трёх стопок на пустой желудок и совершенно никакого опыта в распитии алкоголя, чтобы напиться.
— Поцелуй меня, — приказ.
— Тебе надо, ты и целуй, — поморщилась я. Пашка, не раздумывая, снова накинулся на меня. Каждое прикосновение его губ вызывало во мне тошноту.
— Остановись, — пробормотала я.
— Да, ты права. Не здесь. — Пашка подозвал официантку и о чём-то стал с ней перешёптываться. Потом девушка протянула ему ключ с хитрой улыбкой. Ухватив меня за руку, Пашка потащил меня в какое-то подвальное помещение. Я прекрасно понимала, чем всё это сейчас закончится. И когда мы оказались в небольшой коморке с большой кроватью в ней, когда дверь захлопнулась, в моей голове что-то щёлкнуло.
Что же я делаю? Разве этого я хотела? Да, мне больно. Да. Но разве можно так унижаться? Разумеется, нет. Неужели я решила превратиться в обыкновенную шалаву? Мир не крутится вокруг Игоря. Это так. Но мой мир крутится вокруг него. И разве он хотел бы этого? С другой стороны разве теперь важно чего хочет Игорь? Он меня предал. Но я понимала, что несмотря на это, я просто не могу разочаровать его. Пускай ему на меня плевать. Зато мне не плевать.
— Нет, — чётко и громко проговорила я, несмотря на откровенную нетрезвость.
— Что? — не слишком внятно пробормотал Пашка, наступая на меня. Я в отчаянии дёрнула ручку двери. Заперто. Секунда и я уже повалена на кровать, на которой до меня в таком же отчаянье возможно билась не одна девушка. Я кричала, нет, скорее орала, царапалась и била Пашку. А затем всего один его ответный удар и я уже находилась на грани отключки. Но ему было мало. Он вошёл во вкус. Сначала удары по щекам были едва ощутимыми, а когда я, наконец, пришла от них в себя, он снова ударил меня. Так, что потемнело в глазах. Я отчаянно застонала, когда он устроился между моих ног и навалился всем телом. Руки и ноги налились свинцом. У меня не было сил бороться и кричать.
— Правильно, смирись, — прошипел на ухо Пашка. Я едва вздохнула. И снова я во всём виновата. Только я и больше никто. — Я заберу то, что принадлежит ему, и он больше не захочет к тебе прикасаться.
Как будто бы он всё ещё этого хочет. И наконец, слёзы. Не от отчаянья, не от осознания безвыходности своего положения, а потому что больно от того, что Игорь не придёт. Потому что я ему не нужна и не была ему нужна. Слёзы от того, что, несмотря на всё это, он всё ещё мне нужен. И стоит ему только прийти и попросить прощения…А может быть уже и просто прийти…
Я ощущала, как Пашка пытается справиться с моими джинсами. Он просто стянул их до колена вместе с бельём, и я снова отчаянно всхлипнула. А потом снова закричала. Не что-то связное. Это был просто крик о помощи без слов.
— Кричи-кричи, всем здесь всё равно. И не такое бывало, — ухмыльнулся Пашка, раздирая майку у меня на груди. Ветровка валялась уже где-то под кроватью. Наконец, когда он остался доволен моим внешним видом, парень принялся стягивать штаны с себя.
— Чёрт, — хрипел он. Наверное, молнию на его джинсах заело. А я даже не смотрела. Моя голова была повёрнута в сторону, а взгляд был пустым. Одному это не удалось, а второму видимо удастся.
— Ну, вот и всё, конфетка…- я дёрнулась, когда Пашка стал устраиваться как ему удобнее. Я отчаянно вскликнула и снова начала
