Сашка Зиновьева — деревенская девушка, поступившая в один из самых престижных университетов России. Ей бы учиться и учиться, но на голову сваливается психованный и неуравновешенный Игорь, сын первого проректора этого самого университета. И угораздило её подружиться с его сводной сестрой? Между парнем и девушкой началась настоящая вражда, а судьба как назло не устаёт сталкивать их лбами…И со временем уже становится трудно понять, что между ними: ненависть или такая странная любовь?
Авторы: Кира Фэй
сейчас ты выйдешь из подъезда и сядешь в иномарку с номером 407.
Из меня словно вышибло весь воздух. Да что он себе позволяет? От возмущения я даже не знала, что сказать. Я лишь открывала и закрывала рот.
— Да как ты смеешь…И вообще, как ты нашёл меня?
— Поверь, в современном мире найти человека, зная его имя и фамилию очень просто. Через десять минут ты выйдешь. Я жду, — и он бессовестно повесил трубку.
— Разумеется, нет! Кретин! — рявкнула я на телефон, давно разъединивший меня с Игорем.
Минуту я в ступоре сидела в постели. Как он вообще мог предположить, что я выйду к нему? Разве мне нужно его общество? Какой вздор! Я обратно легка в постель, но стоило моей голове коснуться подушки, как я поняла — после такого предложения о сне можно забыть. И чувствуя себя последним ничтожеством, я быстро переоделась в спортивный костюм, умылась и, надев куртку, вышла из квартиры.
На улице было холодно. Ветер тут же забрался под куртку холодными руками и по спине поползли мурашки. Вздрогнув, я плотнее запахнула куртку и стала оглядываться. Волосы то и дело закрывали обзор, и я раздражённо откидывала их назад. Наконец, я увидела машину с нужным номером. Сердце снова подскочило, но я знала, что лицо моё абсолютно равнодушно. Гордо вскинув голову, я двинулась к тонированному до черноты авто. Было трудно узнать, сидит ли в нём кто-то или нет. Распахнув дверь, я увидела его…Верховцев не смотрел на меня, его красивые пальцы сжимали руль и он смотрел в никуда.
— Что ты хотел?
— Сядь и закрой за собой дверь, — строгим голосом сказал он. Раздражённо фыркнув, я села в машину. В нос мне тут же ударила смесь запахов: сигарет, парфюма и чего-то сладкого.
Верховцев завёл машину.
— Куда ты собрался ехать? — получилось несколько испуганно. Его губы изогнулись в полуулыбке, и я только сейчас поняла, что он стал ещё красивее. От такой красоты могло перехватить дыхание, такая красота могла похитить сердце любой девушки при первом же взгляде. Уверена, с Людочкой приключилось как раз это.
— Разве важно? — спросил он, выезжая на дорогу. Редкие машины мелькали вдоль дороги, поэтому Игорь без труда стал набирать скорость.
— Вижу, ты всё такой же бешеный водитель, — усмехнулась я, глядя на свои чуть дрожащие руки. Внутри у меня был какой-то холод. Зачем я вообще вышла? Хотя, ответ вполне очевиден…Я бы снова не отказалась его увидеть, посмотреть на него. Оказывается, я не выбросила прошлое как ненужный хлам, а спрятала его в дальнем ящике. И вот, он снова появился в моей жизни, и прошлое с радостью расположилось на первом плане. Теперь, кажется, все, что было после него, стало прошлым.
— Этого у меня не отнять. Так значит, ты встречаешься с тем самым Артёмом? Что ж, он мне никогда не нравился…
— А мне он нравится, даже очень, — заявила я. Игорь неожиданно затормозил и машину резко начало заносить в повороте. Выкрутив руль, Верховцев вошёл в поворот, едва не снеся знак. Я даже не вскрикнула, но с отчаяньем вцепилась в…его руку. Мои пальцы до боли, наверное, даже до синяков, сжали его плечо.
— Идиот! — выкрикнула я, с трудом отнимая онемевшие пальцы. Мы уже ехали дальше, как ни в чём не бывало.
— Оскорбления из твоих уст звучат всё так же сладко, — мягко произнёс он, бросив на меня чуть потеплевший взгляд. Я тут же сжалась в комочек и прижалась боком к двери, стараясь сократить между нами расстояние. — Теперь я уже с трудом могу сказать, что ты у меня ещё совсем девочка…- это так резало по ушам, что я едва справилась с порывом заткнуть их.
— Мне не нравится происходящее…- хмуро заметила я. — Отвези меня домой.
— Я знаю, что ты этого не хочешь.
— Ах да, забыла, ты эгоист. И, несмотря на то, что ты знаешь, что мне это не понравится, ты всё равно сделаешь всё по-своему. Так просто это забыть, когда не видишь человека пять долгих и счастливых лет.
— Таких ли счастливых?
— Не видеть тебя вот для меня истинное счастье, — я чуть передёрнула плечами. — Когда…тебя предают дорогие тебе люди, лучшее из всего — больше никогда не увидеть их лиц. Одно дело позволять себе думать о них, рисовать их образ у себя в голове…А другое дело, когда они снова появляются в твоей жизни и служат напоминанием о той боли, что когда-то тебе причинили, той боли, отголоски которой всегда будут с тобой. — я слабо усмехнулась. — И зачем я тебе всё это рассказываю? Ты же эгоист и тебе плевать. Увидел старую игрушку и решил снова поиграть. Ностальгия, да?
— Старую и самую любимую игрушку, — отстранённо и хрипло заметил Игорь, вызвав у меня дрожь. Я до боли сжала ладони в кулаки, надеясь, что эта слабая боль хоть немного поможет мне прийти в себя. Атмосфера в этой машине угнетала меня, гнев смешался с другими чувствами, и мне казалось, что
