Сашка Зиновьева — деревенская девушка, поступившая в один из самых престижных университетов России. Ей бы учиться и учиться, но на голову сваливается психованный и неуравновешенный Игорь, сын первого проректора этого самого университета. И угораздило её подружиться с его сводной сестрой? Между парнем и девушкой началась настоящая вражда, а судьба как назло не устаёт сталкивать их лбами…И со временем уже становится трудно понять, что между ними: ненависть или такая странная любовь?
Авторы: Кира Фэй
от еды. Игорь ввёл меня в комнату так, так показывают в историческом фильме.
— Дамы и господа, позвольте представить Александру Зиновьеву, девушка никто, девушка из неоткуда! — он отвесил мне поклон, а я покраснела до кончиков ушей, скорее не от смущения, а от гнева на Верховцева.
— Мой сын как всегда разводит каламбур на пустом месте, — ухмыльнулся Виталий Сергеевич, испепеляя сына взглядом. Моя рука в руке Игоря дрогнула, и он неожиданно крепко её сжал. Мне на секунду показалось, что он раздавит мою ладонь, но потом чуть ослабил хватку.
— Малыш, ты сама сюда пришла, я лишь решил сэкономить время между твоим представлением этому обществу и твоим позорным бегством из него. Пускай знают, откуда ты, — его глаза гневно смотрели на меня из-под чёлки.
— Знаешь, малыш, — с отвращением прошептала я в его манере, — Может я и сбегу из этого общества, когда они узнают кто и откуда я. Но я предпочитаю сама сказать, что родилась я в простой семье сельской учительницы и фермера. Ах да, и ещё не забуду добавить, что этим горжусь и что я люблю своих родителей, а они любят меня, — я вырвала свою руку и улыбнулась шикарно одетым людям, восседающим за столом. Игорь сзади недовольно запыхтел, и я ещё шире улыбнулась, почувствовав, что этот раунд за мной. Пока. А теперь мне предстояла общаться с людьми, чьи улыбки напоминали акульи зубы.
Ровно через пять минут прошло с тех пор, как я села за этот стол, а мне уже хочется убежать. Нет, это совсем не от того, что рядом со мной сидел Верховцев-младший, ситуацию сглаживало то, что по левую руку от меня сидела Соня. А сбежать мне хотелось от посыпавшихся на меня вопросов и от неимоверного количества приборов и бокалов передо мной. Хм…может они планировали ужин на гораздо большее количество персон? Что ж, тогда бы им пришлой сидеть друг на друге, это объясняет, что у каждого такое количество посуды. Но как бы я не утешала себя этими мыслями, я прекрасно понимала, что у богатых свои причуды и они к этому привыкли. Наконец, подали что-то вроде салата и внимание ко мне несколько утихло. Да уж, правда не со стороны чудища, он чуть ли не с вожделением смотрел на то, как я не решаюсь взять ни одну из вилок.
— Ну же, милая, выбирай быстрее, — подначивал он меня.
— Поверь, дорогой, я буду тщательно выбирать то, чем проделаю дыру на тебе в том месте, где у людей должно быть сердце, — кратко отпустила я, попутно ловя вопрос в свою сторону, по всей видимости, от отца Пашки. Во-первых, он постоянно одёргивал парня, а во-вторых, явно намечалось фамильное сходство. И как я позволила себя втянуть в это? Похоже Виталий Сергеевич решил сэкономить на развлечениях и пригласил клоуна, то бишь меня.
— Думаю, работа фермера заключается в том, чтобы выращивать то, что потом люди едят, — мило улыбнулась я на вопрос мужчины. Он, кажется, был депутатом. Женщина, сидевшая рядом с ним, была намного младше и от скуки рассматривала свои дорогущие кольца.
— Откуда такое дорогое украшение у тебя на шее? — снова склонился к моему уху Игорь. Меня уже начало изрядно подташнивать от его близости. Но я сама виновата, не надо было его цеплять сразу же, как только мы встретились. Ну почему я не могу спрятать своё отношение к нему куда подальше? — Подарок твоего нового ухажёра? — он многозначно стрельнул глазами в сторону Пашки.
— Отцепись от меня, — прошипела я, — Да, Виталий Сергеевич, мне очень нравится в университете. Мы с Соней стараемся всё впитывать, как губки, — я старалась мило улыбаться и делать вид, что мне нравится ковыряться в непонятном салате вилкой, которую, мне, слава Богу, подсказала Соня.
— Я рад это слышать, — он жестом указал подать следующее блюдо, а потом, после того как тарелка с салатом сменилась рисом и каким-то мясом, продолжил, — Кстати, Александра, о вас неплохо отзывались преподаватели. Как, в принципе, и о Софии.
— И почему я не удивлён? — хмыкнул себе под нос Игорь.
— А о тебе, даже несмотря на то, что ты сын проректора, никто хорошо не говорит. Предпочитают молчать, — чёрт, чёрт, чёрт, почему я не могу держать язык за зубами? Обычно меня трудно назвать конфликтным человеком.
— Наверное, на твоё остроумие всем колхозом скидывались? — хмыкнул Верховцев-младший, опрокидывая в себя бокал вина под недовольный взгляд отца. Я же к вину решила не пристрагиваться, и это не осталось незамеченным.
— Александра, а вы почему не пробуете вино? — решила осведомиться пожилая женщина, сидящая рядом с предполагаемой матерью Пашки, точнее мачехи, — А то вам вряд ли представится случай попробовать такое дорогое вино, — ухмыльнулась собственным словам женщина. Я старалась сохранить невозмутимый вид.
— Ну не всем же упиваться этим самым вином, а потом лежать в реабилитационном центре, — неожиданно ехидно
