Сашка Зиновьева — деревенская девушка, поступившая в один из самых престижных университетов России. Ей бы учиться и учиться, но на голову сваливается психованный и неуравновешенный Игорь, сын первого проректора этого самого университета. И угораздило её подружиться с его сводной сестрой? Между парнем и девушкой началась настоящая вражда, а судьба как назло не устаёт сталкивать их лбами…И со временем уже становится трудно понять, что между ними: ненависть или такая странная любовь?
Авторы: Кира Фэй
камень. Он скатился до самого ручья и затонул в нём с лёгким всплеском.
— Да пошли вы…- послал он нас нецензурно и далеко. Я лишь пожелала ему вшей во всех местах, Лика молча стерпела, видимо привыкнув к такому поведению парня. А вот даже интересно, они встречаются? Я с любопытством посмотрела на девушку. Та явно с тревогой наблюдала, как Игорь практически кубарем сбегает со склона. Но так может волноваться и сестра. Вряд ли у неё есть к нему какие-то романтические чувства…Хотя не удивлюсь, если планируется брак по расчёту, здесь и чувств никаких не надо. И вообще зачем я об этом думаю? Мне плевать.
— Вот так! Я вполне здоров, паникёры! — похвастался Верховцев снизу.
— Только болен на голову! — в ответ прокричала я.
— Молчала бы, трусиха! — рявкнул он. Я разозлилась.
— Ну, держись, дегенират, — насупилась я, старательно прощупывая почву перед тем, как сделать первый шаг. Пашка придержал меня за локоть.
— Саш, да оставь ты его…он задирается.
— Так чтобы не задирался, надо доказать, что я не трусиха! — я резко выдернула локоть, только получилось слишком резко и я чуть кубарем не покатилась вниз. Пришлось активно перебирать ногами, дабы не прочертить носом землю. К концу пути я уже так разогналась, что остановиться не предоставлялось возможным. А перед самым носом Верховцева, моя нога зацепилась за палку, и я рухнула прямо на него. У парня реакция оказалась неплохая, и он успел поймать меня, прежде чем не свалится спиной прямо в ручей.
— Мляяя, — взревел он, явно ударившись спиной и головой.
— Игорь, — я пошлёпала парня по щекам. Джинсы уже промокли и ноги тут же стали мёрзнуть от ключевой воды. Я не на шутку испугалась. — Игорь, ты живой?
— Если ты сейчас же слезешь меня, то возможно и выживу, — простонал он. Я с ужасом поняла, что пода из-под его головы вытекает красная.
— Господи! Игорь! У тебя кровь! — прошептала я, обхватывая идеально-вылепленное лицо ладошками, — У него кровь! — уже громче закричала я тем, кто был наверху, не сводя глаз с парня.
— Держитесь! — ответил Пашка.
— Осторожно, не упади! — прокричала я. Но Пашка, в отличие от двух безрассудны идиотов, сейчас валяющихся на дне оврага, спускался медленно, но верно.
— Голова кружится? — спросила я, сползая с парня и погружаясь коленками в ледяную воду.
— Ты ещё спроси, сколько пальцев я вижу, врачиха фигова, — откашлялся он.
— Игорь, давай я помогу тебе сесть и посмотрю на твою рану…- парень медленно начал принимать вертикальное положение, я обхватила его за плечи и стала помогать. Рана оказалась не такой уж страшной. Небольшое рассечение на темечке. — Так кружится голова или нет? Тошнит? Больно? — а вдруг у него сотрясение? И я её идиотка… Ну почему мы вечно калечим друг друга?
— Со мной всё нормально, бывало и похожу, — он чуть потянулся, держась за спину, — ничего не сломал вроде. Ты-то как? — он поднял за подбородок моё виновато опущенное лицо и повертел в разные стороны. — Ты в норме, — кивнул он сам себе и попытался подняться. Я тут же заставила его положить одну руку себе на плечо, а другой я обхватила его за талию.
— Я нашёл способ нам не ссорится, — ухмыльнулся он, — Как только мы калечимся, то забываем о перепалках…
— Молчи, идиот, типун тебе на язык, — нахмурилась я.
Тут туже спустился Пашка и подхватил Игоря под другое плечо.
— Тут есть где обойти? В гору мы так вряд ли вскарабкаемся…- сделал прогноз Пашка.
— Да, к тому же некоторые неряхи могут упасть повторно, тебя зад перевесит, — бросил шпильку Верховцев. Но я чувствовала себя страшно виноватой, поэтому промолчала и попыталась натянуть на парня свою шапку, чтобы кровь перестала течь. Рана была вроде и небольшая, но лилось из неё порядочно.
— Ты предлагаешь, чтобы я напялил розовую девичью шапку? — ужаснулся он.
— Да, иначе тебе придётся проводить ампутацию башки, — огрызнулась я.
Минут через двадцать выяснилось, что Верховцев жить будет. Зинаида Михайловна по первой профессии была врачом, но она очень любила готовить, поэтому решила стать поваром. Обработав рану парня и хорошенько забинтовав её, женщина сказала, что всё будет хорошо.
— Как камень с души, — призналась я Соне, когда мы вернулись в комнату, чтобы я переоделась. Джинсы мои были мокрые и испачканные, поэтому девушка поделилась своими.
— Я тоже, если честно, испугалась, — потом девушка чуть замешкалась, — И кстати, он молодец, поймал тебя, чтобы ты не расшиблась. А не отошёл в сторону. Молодец.
— Стоп, мне показалось или ты сейчас сказала, что твой брат молодец? — с притворным ужасом спросила я. А ведь он правда так сделал…Хотя может просто не успел среагировать…Но что-то мне подсказывало, он нарочно меня поймал. И внутри
