Сашка Зиновьева — деревенская девушка, поступившая в один из самых престижных университетов России. Ей бы учиться и учиться, но на голову сваливается психованный и неуравновешенный Игорь, сын первого проректора этого самого университета. И угораздило её подружиться с его сводной сестрой? Между парнем и девушкой началась настоящая вражда, а судьба как назло не устаёт сталкивать их лбами…И со временем уже становится трудно понять, что между ними: ненависть или такая странная любовь?
Авторы: Кира Фэй
прежде чем насильник успел опустить кулак мне на лицо, его самого отбросило от меня. Я, прибывая в шоке, непонимающе уставилась на обидчика, который сложился вдвое у меня в ногах, бормоча проклятья. Я теряться не стала и кое-как принялась отползать к двери. Но тут я упёрлась во что-то. Это оказались ноги. Подняв голову, я ужаснулась. Неужели ещё один? Потом присмотрелась и увидела знакомое лицо.
— Игорь, — прошептала я. Что-то мне подсказывало — он не насиловать меня пришёл. Парень даже не взглянул на меня, его идеальное лицо исказила непонятная эмоция, он напоминал мне маньяка-убийцу.
— Отползи подальше, — приказал он, обходя меня. Я послушалась и прижалась к стене у двери. Тем временем Верховцев, изрядно пошатываясь, подошёл к уже заметно оклемавшемуся насильнику, взял его за шкирку и ударил по лицу, потом ещё раз, потом ещё и ещё. Мой обидчик уже стал напоминать кровавое месиво. Я опомнилась и тут же подскочила к Игорю, обхватив руками его кулак. Он взглянул на меня так, словно не видел до этого.
— Игорь, Игорь, хватит! Ты его убьёшь! — про себя я подумала, если уже не убил, но насильник что-то там бормотал, даже пытался отмахиваться.
— С удовольствием, — выплюнул парень, снова пытаясь его ударить.
— Игорь, ну пожалуйста, — я ещё больше повисла на его руке, стараясь заглянуть в глаза. Удалось. Как всегда — чёрная пропасть. Полная неузнаваемость. Помимо дикого гнева, он ещё, похоже, был изрядно, почти в стельку, пьян. — Игорь, — снова взмолилась я. Парень глубоко вздохнул, потом опустил руку, которую я держала, и взял мою ладонь в свою, в другой он по-прежнему держал насильника. Вот такой весёлой компанией мы двинулись из комнаты. У самой лестницы насильник немного пришёл в себя и даже нанёс Игорю удар в живот. Я тут же взвизгнула. Верховцев от неожиданности отпусти моего обидчика, а тот, воспользовавшись моментом, хорошенько задвинул Верховцеву в челюсть, что-то хрустнуло, губа у Игоря была разбита. Я ахнула, почувствовав, что мне окончательно поплохело.
Но Верховцев явно не первый раз дрался и, несмотря на то, что был пьян не меньше противника, а может даже больше, двигался хорошо и через пару ударов насильник, наконец, успокоился. Я тут же очнулась и обхватила изрядно пошатывающегося Верховцева за талию.
— Игорь, ты как? — я кончиками пальцев коснулась его побитого лица. Челюсть распухла, но на вид сломана не была. Из разбитой губы сочилась кровь, правый глаз чуть припух, как и щека.
— Я в норме, малыш, — кивнул он, украдкой поцеловав мои пальцы, — Мне нужно проспаться, — он зевнул так, словно только что не подрался и не получил.
— Верховцев! Я тебя ненавижу! — истерически воскликнула я, тем не менее, подталкивая парня в сторону своей комнаты. Тот с трудом перебирая ногами (как надрался!), двигался вперёд. — Ты вообще как здесь оказался? — немного успокоившись, спросила я.
— У одногруппника день рождения, — промямлил он. Вы вошли в комнату, которая представляла из себя не очень приятное зрелище: пол был порядочно улит кровью, от чего меня тут же замутило, стол был перекошен, часть вещей с него попадало. Хорошо, что мы с девчонками решили не стелить ковер…Вот теперь постелем, поверх кровавых пятен.
— Ну, хотя бы так надраться был повод…- невесело пробормотала я, усаживая парня на кровать. Тот сидел с трудом, но ложиться я ему запретила. Наконец, я нашла аптечку. — И почему при каждой нашей встрече кто-то из нас обязательно калечится? — нахмурилась я, старательно стирая кровь с его лица.
— Потому что ты любишь боль, малыш, — он улыбнулся, зубы у него были в крови и вообще он представлял собой не лучшее зрелище. Парень протянул ко мне руку с побитыми костяшками, я откинула её.
— Руки убрал. Тебе может в больницу? — я не была уверена, что моих медицинских способностей хватит на такие ранения. Хотя на первый взгляд ничего сильно не кровоточило, рассечений не было.
— Нет-нет-нет, мне бывало и похуже. На мне всё как на собаке заживает, — устало бормотал он, стараясь не закрывать глаза. А я чувствовала себя последней дурой. Сидит тут весь избитый и разнесчастный, улит кровью и всё из-за меня.
— Не удивительно, — я принялась активно обрабатывать раны. На Игоря ушли почти все запасы перекиси водорода, ваты и пластыря, но, наконец, я закончила, и он выглядел сносно, если не считать белую футболку, на которой теперь багровели пятна крови.
— Всё, — выдохнула я, внимательно осматривая свою работу. Вроде бы ничего. Лицо чистое, раны заклеены, а дальше сем разберётся…Теперь я боролась с отчаянным желанием бросится к нему нашею и расцеловать в знак благодарности. Кто знает, чтобы мог сделать тот подонок, если бы Игорь…
— Моя фея, — промурлыкал парень с закрытыми глазами,
