ноги и тело явно принадлежали здоровенному мужику в возрасте от 40 до 50 лет не меньше, то есть не мне прежнему это уж точно. Гениальную идею о том, что я провел в коме лет 20, быстренько отмел, ибо в таком случае мышцы должны были быть атрофированы. А этому телу до атрофирования мышц было далековато. Одни ладони чего стоят, у меня на даче лопаты некоторые меньше были.
В ходе осмотра места моего возлежания, первым бросившимся в глаза предметом был огромный мужик, заснувший на стульчике возле подоконника. Мало того, мужик был одет в нечто, что мне отчетливо напоминало форму комсостава РККА. А если учесть три кубика в черных петлицах с изображением чего-то отдаленно напоминающего танк БТ, то напоминало форму старшего лейтенанта бронетанковых войск РККА.
Очнувшийся от моей возни мужик, громовым голосом поинтересовался самочувствием некоего «товарища Комкора». Угу, Комкора именно с большой буквы, так у этого мужика голос был поставлен. Вбежавшая на вопли ряженого миловидная врачиха вежливо предложила ему заткнуться. Мужик внял и ощутил. Если бы я не был в полном обалдении от происходящего, то, несомненно, помер бы со смеху, глядя на то, как этот медведь покраснел с головы до пяток и в смущении отвернулся.
Врачиха вежливо поинтересовалась здоровьем «Дмитрия Григорьевича». Поскольку подозревать докторшу в разговоре со стеной было бы глупо, я понял, что обращаются ко мне. Ну что ж, уже хлеб. Хорошо что не Абрам Моисеевич или Акакий Акакиевич.
Я пробубнил нечто похожее на «нормально». Хотя слово «пробубнил» к такому голосу приписывать было грешно. Сразу чувствовалось, что голос привык «орать» и «повелевать». Мдя…
Врачиха начала ощупывать и прослушивать, а я задумался над тем, как прояснить сложившуюся ситуацию. Сразу заявлять о том, что я не тот за кого меня все принимают, поостерегся. В дурку мне не хотелось, чего там забыл то? Ну уж нет! Значит нужно молчать и слушать. И анализировать.
Докторша, осмотрев все, что ее интересовало, пролепетала, что, мол, все хорошо. Отдыхайте пока. И отчалила. Ну что ж, это хорошо, надо спокойно подумать.
Для начала надо как то время узнать. Спрашивать было бы явно глупо. Как быть? Правильно, нужно газету посмотреть!
Адресовал свой посыл вышеозначенному бугаю. Он удивился, но быстренько сбегал и принес требуемое.
Мать!!! И еще раз… Мать!!! На первой странице газеты «Правда» четкими печатными была отпечатана дата — 01 марта 1940 года!!!
С этой «радостной» мыслью я опять выпал в осадок и потерял сознание.
***
Я тут уже три дня. Кое-что удалось прояснить. Кем являюсь, где нахожусь, почему тело находиться тут.
Начнем по порядку. Тело принадлежит комкору Дмитрию Григорьевичу Павлову. Чудное для меня воинское звание «комкор» на современный мне лад переводилось как генерал-лейтенант. Генерал он и в африке генерал. Ему, а стало быть и мне, сейчас 42 года. Я нахожусь в Московском окружном военном госпитале. Причина появления здесь тела Павлова тоже известна. По словам адъютанта, он нашел меня или Павлова, тут уж как душе угодно, на полу служебной квартиры. Из его слов выходило, что генерал полез менять лампочку, ну и тряхнуло его немного. К тому же он от удара током потерял сознание и грохнулся с высоты табуретки. Видимо еще и головой приложился, потому как болит зараза.
В сухом остатке получается, что я мало того что перенесся, но еще и постарел на 17 лет!!! Это еще было бы не так печально, если бы я не знал того, что Павлова расстреляют 22 июля 1941 года. То есть ему, а значит и мне, осталось жить чуть больше года.
Из положительного можно отметить только одно — память самого Павлова ко мне постепенно возвращалась. Нет, никакого сращивания личностей или перемешивания воспоминаний не было. Никаких внутренних голосов мне тоже не слышалось. Это больше всего похоже на чтение книги или даже просмотр фильма. И в том и в другом случае я выступаю в роли стороннего наблюдателя, который в любой момент может сделать стоп кадр или включить перемотку. При этом воспоминания воспринимаю именно как воспоминания Павлова, а не мои. Насколько понял, мне доступна практически вся его память, в том числе и оценки личностей, за исключением совсем уж раннего детства.
Да, побросала мужика судьба. Одна Первая Мировая и плен немецкий чего стоят. Однако, можно с полной уверенностью сказать, что ни шпионом немецким, ни предателем и уж тем более дураком Павлов не являлся. Это я первым делом проверил, очень интересно было…
Проанализировав все, что со мной случилось, пришел к убеждению, что произошедшее природным или физическим явлением не является. По всей видимости, это чья-то воля, то есть результат чьего-то целенаправленного или случайного воздействия. Спросите
