Симбиоз

друга по плечу Пашка.
  
   Ярко освещенный, благодаря Пашкиным стараниям, подвал уже не казался таким таинственным. Разве что потолок несколько высоковат для подвального помещения. Не было в нем никаких достопримечательностей, типа настенных рисунков и тому подобного. Поэтому разглядывать здесь было нечего, и мы сразу направились в кладовку, в которой открывался люк в подземелье.
   — Олег, ты опять без фонаря, — не спросил, а как бы констатировал факт Игорь. Я глянул на него, но ничего не ответил. По Пашкиному взгляду было понятно, что сей феномен ребята уже обсуждали. Интересно, к какому выводу пришли? Ну да ладно, что я мог им объяснить, если сам нифига не понимал.
   Молча проследили за отъезжающей плитой и гуськом двинулись вниз.
   Лучи фонарей шарили по порожкам, стенам, потолку галереи. Друзья восхищались, удивлялись и строили версии по поводу тех, кто вырубал все это в граните.
   Вышли в зал. Игорь сразу направился к подвешенной столешнице, подпрыгнув, уселся на нее и принялся раскачиваться как на качелях. Я грубо сдернул его на пол.
   — Давайте договоримся, — сказал я громко. — Ни к чему не прикасаться, никуда не лезть и ни на что не запрыгивать до тех пор, пока мы все здесь как следует не изучим!
   — Да ладно. Я больше не буду, — ехидно улыбнулся Игорь
   — Мужики! Мужики! — Пашкин голос звучал испуганно и одновременно крайне удивленно. — Смотрите, что это?! Не пойму…
   Мы обернулись к нему. Он освещал фонарем одну из решеток. И удивительно было то, что луч не пробивал тьму, сгустившуюся за решеткой, а скользил по ней, как по стене. Еще первый раз я заметил, что, несмотря на свое феноменальное зрение, не вижу ничего за решеткой. Теперь оказалось, что и луч фонаря тоже беспомощен перед этой тьмой.
   Поочередно обошли все зарешеченные проемы. В каждом непроницаемая тьма.
   Игорь вынул лопатку и сунул за решетку. Лопата свободно вошла во тьму, растворившись в ней полностью и так же свободно вернулась назад.
   — Мистика… — выразил общее мнение экспериментатор. — Руку я, пожалуй, туда совать не буду.
   — А я, когда к первой подошел, за решетку брался, пальцы на той стороне в … это наверняка погружались, но ничего не почувствовал, — сказал Пашка.
   — Ну сунь еще, а мы посмотрим, — подначил Игорь.
   — Неа. Не хочу. Сам суй.
   — Головы туда суньте, — буркнул я, пытаясь обнаружить хоть одну умную мысль, но безрезультатно.
   — Не пролезут. Решетка слишком частая. Кстати, что будем с ней делать? Может, тупо срежем болгаркой? — Игорь вопросительно уставился на меня.
   — А зачем? — я в свою очередь глянул на энтузиаста.
   — Как зачем?
   — Ну, спилим мы ее. Хотя что-то мне подсказывает, что не такое это простое дело. Но, допустим, спилим. И что? Кто-то из вас пойдет в эту темень? А если и пойдет, что толку? Если сквозь нее даже свет не проникает, значит, там нифига не видно. А если эти решетки как-то сдерживают темень? Мы их спилим или откроем, если разберемся как, а это темное нечто вывалится и пожрет нас. А?
   — В натуре. Я и не подумал.
   — Типа, ты когда-нить думал. — Пашка слегка шлепнул друга по затылку.
   — Да пошел ты, — незлобливо огрызнулся тот. И, засовывая лопатку в чехол, обратился ко мне: — Что делать-то будем?
   — Будем не спешить. Для начала осмотрим здесь все как следует. А там видно будет.
   В течение получаса ребята исследовали пол, стены и потолок подземного зала. Безрезультатно. Никаких предметов или тайных знаков, никакой настенной живописи.
   Я же сразу заметил на стене справа от каждой решетки очерченные микроскопическими трещинами квадраты. Почти уверен, что с их помощью открывались проходы. И теперь, бродя от одной стены к другой, думал, стоит ли говорить ребятам. Вообще-то стоило пока промолчать, а то еще полезут без спросу экспериментировать. Но, с другой стороны, вдруг сами обнаружат или случайно облокотятся да нажмут? Мало ли как эти квадратики действуют, или что приводят в действие? В конце концов, просто еще раз предупредил ребят, чтобы сами никуда не лезли, а если что обнаружат, то сперва тщательно и сообща обследовали визуально. Возражений не последовало, и, осмотревшись еще раз, решили на сегодня с подземельем расстаться.
   Ребята подвезли меня домой.
   -И все таки, ты в темноте без фонаря… — начал было Игорь, но я захлопнул дверцу «нивы» и зашагал в подъезд.
  
   Все-таки хорошо, что я мог спать. При новых возможностях организма сон не был мне необходим. По крайней мере, я свободно мог бодрствовать неделю, не замечая усталости, не испытывая сонливости. Не раз проверял. Но все ж были моменты, когда ни делать ничего не хотелось, ни думать ни о чем. И если бы не сон… Правда,