Симбиоз

член троицы наконец сообразил переместиться к пострадавшему. Он пару раз осторожно толкнул лопатообразной ладонью тщедушное тельце и изрек требовательно: — Эй! — после чего вновь замолчал, сосредоточившись на какой-то мысли.
   — Хо-о, Петровича срубил очередной стакан?
   К нам подошли еще двое. Судя по их уверенному, даже несколько высокомерному, виду, не соответствующему физическому развитию тел, они были ровней Петровичу.
   — А кричал, всех перепьет, перепел!
   Один из близнецов попытался объяснить ситуацию:
   — Да он это… ни это…
   — Это не это, — передразнил его один из вновь прибывших, пухленький блондинчик с женоподобным личиком. Он плюхнулся на подушки, сыгравшие роковую шутку с его товарищем, и, махнув в сторону стола повелительным жестом, произнес требовательно, обращаясь неизвестно к кому. — Наливай!
   И тут я совершил вторую за этот вечер глупость. Заметив, что Лора закончила разговаривать по телефону, я обратился к ней с вопросом.
   — Это что за клоуны? — спрашиваю, не понижая голоса, надеясь, что незваные гости заняты своим общением и не услышат мой вопрос.
   Но я ошибся. Все пятеро тут же повернули головы в мою сторону.
   — Не по-онял?! — первым произнес качок. Надо же, как быстро работает его мозг в определенных случаях.
   — Я извиняюсь, дядя, — подошел ко мне второй из вновь прибывших, так и не успевший присесть горбоносый очкарик, похожий на Дрона из отечественного мультфильма. (Да что ж у меня сегодня все с мультяшными героями ассоциируются?) — Как я понял, это вы о нас отозвались столь пренебрежительно?
   — А?! — поддержал вопрос товарища блондинчик.
   — Э-э… — в унисон многозначительно выдали близнецы-братья.
   Пять пар пьяных глаз смотрели на меня в предвкушении развлечения, которое хоть как-то скрасит эту эту скучную вечеринку.
   Не зная, как им ответить, решаю просто проигнорировать и вновь обращаюсь к Лоре.
   — Так кто эти… кхм… люди?
   Та, видя назревающий конфликт, пытается перевести разговор в другое русло.
   — Мальчики, мальчики, а не пора ли наполнить бокалы?
   — Мину-уточку, — поднимает раскрытую ладонь в сторону Лоры горбоносый. — Лариса Сергеевна, кажется?
   Он поправляет очки указательным пальцем, затем поднимает этот палец вверх и продолжает:
   — Мы не для того почтили своим посещением вашу провинциальную дыру, чтобы нас здесь безнаказанно оскорбляли. Это ваше упущение, что вы не удосужились донести до человека, — следует небрежный кивок в мою сторону, — кто мы, и что мы. Посему настоятельно рекомендую вам и вашей очаровательной подруге отправиться погулять, пока мы потолкуем с дядечкой. А через некоторое время мы будем рады разделить с вами наш скромный стол.
   И он по-хозяйски указал на накрытую для нас поляну. Затем обратился уже к своим товарищам:
   — Я правильно изложил суть нашей коллективной мысли?!
   Товарищи энергично закивали, замычали, задакали.
   Вот, блин, чахлый очкарик дает! Потолковать он со мной собирается. Его ж, как говорится, соплей перешибить можно, а он прет так, будто представляет себя как минимум танком. Ну да, конечно же, надеется на своих здоровых дружков. Или еще на кого? На крутого папашу? Да кто они такие, в конце-то концов?
   — Да кто это такие?! — в третий раз восклицаю я, отправляя в рот очередную мини-булдыжку, что так напоминает лягушачью лапку. Вкусная вещь, однако. Неужели и правда лягушка? Если так, то у французов губа не дура…
   — Олежек, — Катерина крепко сжимает мне локоть. — Прекрати…
   — Погодите, Олег, — не глядя на меня, отмахивается от моего вопроса Лора. Ее лицо покрывается красными пятнами, в глазах, гневно взирающих на наглого очкарика, холодная решимость.
   — Молодой человек, — судя по дрожащему голосу, Лоре с трудом удается говорить спокойно. — Вас в нашу, как вы выразились, дыру никто не приглашал. То, что ваш отец занимает какой-то пост в каком-то министерстве, не дает вам здесь никаких привилегий. Возможно, в столице вы и позволяете себе подобные выходки, хотя я в этом очень сомневаюсь, но здесь вам придется вести себя прилично. В противном случае охрана непременно объяснит вам, кто вы есть на самом деле.
   Все пятеро, офигев от услышанного, застыли с открытыми ртами. Я тоже перестал жевать и поудобнее устроился на подушках, с интересом наблюдая за Лорой. Катерина, продолжая сжимать мой локоть, тоже с удивлением глядя на подругу. Безучастным оставался лишь горемыка Петрович, прикорнувший у моих ног.
   — А сейчас, — меж тем продолжает разгневанная Лора, — вы встанете и удалитесь в поисках более достойного ваших персон места. Благо выбор большой. И я вас очень попрошу