Симбиоз

выполнения. Вот каким образом я сойдусь с этим олигархом? В голове абсолютно никаких мыслей. Ладно, будем напрягать Василия.
   — Екатерина Андреевна просила передать, что автомобиль с водителем остается в вашем распоряжении, — произносит, вышедший вслед за мной Руслан.
   — Благодарю, — машинально бурчу в ответ, набирая телефон Суровцева.
   Руслан, приготовившийся услышать от меня очередную гадость, расслабленно кивает и возвращается в здание. Он что, выходил специально, чтобы сообщить мне об автомобиле? Звонить у них не принято? Так, что-то Василий трубку не берет. Чем он там так занят? Или оставил телефон в машине, а сам вышел? Ладно, подождем. Минут десять прогуливаюсь между колонн в ожидании, когда Василий заметит, что я ему звонил и перезвонит. Но, телефон молчит.
   Забыв о предоставленном мне авто, в раздумье выхожу через калитку, автоматически открывшуюся передо мной. Не спеша следую к своему дому, периодически пытаясь дозвониться до Суровцева. Наконец гудки в трубке прерываются, и мне сообщают, что телефон владельца выключен или находится вне зоны действия сети. Да что же такое-то?! Ладно, вечером должен сам появиться.
   Вечером Василий не появился. Я прождал его до утра. Утром позвонил в его офис в нашем областном центре, но там тоже не знали, где он находится.
   Еще ночью у меня появлялась мысль о том, что к его исчезновению приложила руку Катерина. Но зачем бы она тогда стала советовать мне приобщить его к делу? Что-то тут не сходится. В любом случае, надо что-то делать. И начну я, пожалуй, с наезда на нее. Ищу в телефоне ее номер, но, передумав, набираю предусмотрительно вбитый в мой телефон еще в первую встречу в «Доме Охотника», номер Руслана.
   — Привет, Ибрагимыч, — говорю в ответ на его «Да». — Где там причитающаяся мне машина? Пусть подъедет к подъезду. И передай Коляну, что мне необходимо немедленно встретиться с ним.
   Не дожидаясь ответа, сбрасываю вызов и выхожу из квартиры.
  
   На этот раз Катерина ждала меня в просторном кабинете, с такой же просторной приемной, на четвертом этаже.
   — Где Василий? — спрашиваю с ходу.
   — Почему ты никогда не здороваешься, Олег? — Катерина отложила какую-то бумагу, встала из-за стола и, пройдя к стоящему у стены дивану, села на него, вольготно откинувшись на спинку.
   — Здрасьте. Так где Василий? — беру стул от расположенного в центре кабинета длинного стола для совещаний, ставлю его напротив Катерины и сажусь.
   — Василий — это твой друг сыщик, который вынюхивает о делах моей партии? Он что, пропал? Почему же ты решил, что я к этому причастна?
   — А ты не причастна?
   — Нет. Мне он не мешал. Даже забавлял слегка, — Катерина смотрит на меня таким честным взглядом, что я начинаю ей верить.
   — Так куда же он пропал? — спрашиваю не столько ее, сколько себя.
   Катерина лишь пожимает плечами. При этом с ее лица не сходит снисходительная улыбка. Этой улыбкой она сопровождает каждое наше общение. И эта улыбка выводит меня из себя, ибо заставляет чувствовать себя каким-то недалеким простолюдином рядом с высокообразованной представительницей высшего класса. Тот дух, что сидел в Шалинском, хоть и относился ко мне с нескрываемым презрением, не вызывал во мне такого раздражения.
   — Кстати, его наблюдатель все еще на своем посту. Ведет съемку всего, что происходит у парадного подъезда, — сообщает она. — Если хочешь, его приведут сюда. Хочешь?
   Да-а, блин, Василий, хороши у тебя профессионалы. Ну, раз уж толку от него все равно нет, то пусть приведут. Может, он что знает о том, куда подевался его шеф.
   — Ну пусть приведут, — киваю Катерине.
   Я не заметил, каким образом она подала сигнал, но дверь тут же распахнулась, и в кабинет вошел Руслан.
   — Руслан, — обратилась к нему Катерина. — Пусть приведут наблюдателя. Только аккуратно, чтобы он остался жив и здоров.
   Здоровяк кивнул, сверкнув лысиной, и вышел. Катерина вновь пересела за стол, углубившись в изучение бумаг. Я почувствовал себя по-идиотски, сидя напротив пустого дивана, спиной к большому помещению, поэтому встал и, не зная, чем себя занять, начал прохаживаться вдоль стола.
   Проходит пятнадцать минут, и в распахнувшуюся дверь вновь входит Руслан. За ним двое амбалов вводят, держа за локти, высокого светловолосого парня. Я узнаю Толика, помощника Василия, служившего под его началом еще в РУВД. Его левая скула алеет свежей оплеухой. У одного из его сопровождающих свежая шишка на лбу, у другого болтается наполовину оторванный воротник белой рубашки. Похоже, понятие об аккуратности у парней весьма относительное.
   — Привет, Толик, — приветствую парня и обращаюсь к Катерине. — Скажи своим быкам, чтобы