Симбиоз

скрылись.
   Катерина еле заметно кивает Руслану, тот что-то говорит парням, и они удаляются, оставив ничего не понимающего Толика стоять у дверей. Он удивленно смотрит на меня, потирая пострадавшую скулу.
   — Ты когда последний раз общался с Суровцевым? — задаю ему волнующий меня вопрос.
   Толик смотрит то на меня, то на Катерину, словно решая, стоит ли с нами разговаривать.
   — Ты чего молчишь, как партизан на допросе?! — не выдерживаю я. — Я уже сутки не могу с ним связаться. В вашем офисе тоже ничего не знают. Куда он пропал?
   — Не знаю, — наконец-то произносит Толик. — Он вчера утром позвонил, сказал, что едет на какую-то встречу. Должен был через час появиться.
   — Появился? — после некоторой паузы подталкиваю к дальнейшему рассказу Толика.
   — Нет. И на звонки не отвечал. А потом и вообще его телефон вырубился. В офис я тоже звонил, и вчера, и сегодня. Никто ничего не знает.
   — Понятно, — говорю я. — Понятно, что ничего не понятно. В общем, так, Толик, до появления Василия поступаешь в мое распоряжение. И без вопросов! Подожди меня в приемной, я сейчас выйду.
   Парень с сомнением топчется, решая, стоит ли мне подчиняться, но, в конце концов, выходит из кабинета.
   Подхожу к столу, за которым сидит Катерина, и сажусь напротив нее.
   — Ну и? — спрашивает она.
   — Что, ну и? Ты можешь узнать, что с Василием?
   — Попробую, но ничего не обещаю. Как твои дела по моему вопросу?
   — Никак. Я даже не знаю, с какого конца подступиться, — честно признаюсь в своей некомпетентности. — Рассчитывал на содействие Василия, но… Да я и столицу-то совсем не знаю. Бывал здесь только проездом, и то очень давно.
   — Олег, начинай уже пользоваться своими способностями! — Катерина встает и подходит ко мне. — Научись хотя бы управлять чужими оболочками.
   — Как управлять чужими оболочками? — удивляюсь и настораживаюсь. — Хочешь сказать, что ты способна управлять моим телом?
   — Нет, конечно. Даже нам не все оболочки подвластны. Вернее, не сами оболочки, а то, что вы называете душами. Но оболочки, наделенные наиболее примитивным разумом, наверняка подвластны даже тебе.
   — О каком примитивном разуме ты говоришь. Предлагаешь мне тренировать обезьян?
   — Зачем же обезьян. Ты слишком высокого мнения о себе подобных.
   Катерина повернулась к двери. Дверь распахнулась, и в нее вошел один из тех громил, что сопровождали Толика, тот, что с порванным воротником. Закрыв за собой дверь, он вдруг встал на четвереньки и с невозмутимым видом побежал вдоль стен кабинета. Сделав полный круг, громила опустился на живот и пополз под стол. Выполз с обратной стороны, встал и, обойдя стол, остановился перед нами.
   — Давай, Олег, пробуй управлять им, — произнес он, глядя на меня.
   — Кем? — не понял я.
   — Им, — кивнула на амбала Катерина. — Это я говорила его голосом.
   Я посмотрел на парня. Он стоял с отсутствующим взглядом, словно выключенный робот.
   — Ну же, Олег!
   — Да как я им буду управлять-то?!
   Чувствуя себя придурком, которого разводят перед скрытой камерой, впериваю взгляд в громилу. На груди появляется какое-то тепло, пробую рукой и обнаруживаю амулет, о существовании которого давно уже забыл.
   — Дурдом, — произношу и понимаю, что за меня это произнес громила.
   Голова начинает кружиться от того, что перед глазами встают сразу две картинки. Одна — то, что вижу я, вторая — то, что видит этот здоровый подопытный кролик. Я пошатнулся, закрыл глаза и затряс головой. Связь прервалась.
   — Ну что же ты? — укоризненно произносит Катерина. — Попробуй еще. Только не надо так пялиться на него. Можешь вообще на него не смотреть, глаза здесь не играют никакой роли.
   На всякий случай сажусь на диван, закрываю глаза и… И вижу себя со стороны чужими глазами. Действительно, похож на зажмурившегося придурка. Ага, вот, мое тело приосанилось, лицо приобрело более достойное выражение, но глаза остались закрыты. Ну и ладно, и так нормально. Пробую пройтись чужим телом. Блин, движения получаются какие-то неуклюжие.
   — Ты не думай о том, что идешь, — подсказывает Катерина. — Просто иди, как ходишь сам. Ты ведь никогда не обдумываешь каждый свой шаг.
   Так, ага, я подошел к дверям… Вернее, я остался сидеть на диване… Но и к дверям тоже я подошел. Открыл, выглянул наружу. Толик сидит в одном из кресел. Увидев меня, хмурится и трогает свою пострадавшую скулу. Второго громилы нет. Руслан сидит перед столом, за которым расположилась симпатичная женщина неопределенного возраста, от тридцати до сорока. Что-то я не обратил на нее внимания, когда шел сюда. Руслан бросает на меня вопросительный взгляд. Сжимаю правую кисть в кулак, показываю