Симбиоз

Правда, она не обнаружила именно меня, а лишь заинтересовалась деятельностью подконтрольной мне оболочки мэра этого города. Но все же, прошло всего пятьдесят земных лет после того, как я проявился в этом Мире, будучи выгнанным из предыдущего. Не хотелось бы так рано уходить из него. Естественным решением было оставить Луноликого на произвол судьбы, а самому удалиться в более отдаленную от сферы пребывания Катерины часть Мира. Однако прежде чем постараться замести следы, необходимо было выяснить подробнее о том, что известно этой сущности. Выясняя это, я и почувствовал присутствие еще одной сущности, отличной от владеющих Миром. Сначала я решил, что почувствовал кого-то подобного мне, но в дальнейшем понял, что это не так. Сущности созидателей Миров и сущности, буду самокритичен, паразитирующие на этих мирах, не могут контактировать, это заложено нашей природой. А сущность, присутствие которой я обнаружил, явно общалась с той, которую называют Катериной. И в тоже время эта сущность незаметна, ибо подобно мне не вызывает метафизических колебаний.
   — Ты утомил меня, ей богу, — не выдерживаю этого бреда. Давно я такого не слышал, с последней встречи с Шалинским.
   — Ты же сам просил объяснить, — пожимает плечами Смирнов.
   — Честно говоря, я надеялся на более доступное моему разуму объяснение. Понимаешь, Ринат, кхм, Александрович, я новенький в вашей системе этих самых сущностей, и мало в чем врубаюсь. И, кстати, я из местных, просто слегка измененный, мутировавший, так сказать.
   — Не понял, что ты хочешь сказать? Ты новый? Из местных? Ты восьмой?!!! Но этого не может быть!
   — Да нет же. Я не восьмой. Я один из семи. Но я другой. Я новый. Я не знаю, как тебе это объяснить, ибо сам нифига не понимаю. Короче, вот такой вот я.
   — Но этого не может быть. Я о таком никогда не слышал.
   — Мало ли о чем ты не слышал. Катерина тоже никогда не слышала о подобных тебе. Считала, что вселенная крутится вокруг семерых, чей покой лишь изредка тревожит восьмой. Однако… Кстати, если бы ты не полез выяснять, что о тебе известно Катерине, а тихонечко удалился, то остался бы незамеченным. Хотя ее цель Луноликий. Так что если ты поспешишь скрыться, то есть шанс внушить Катерине, что ей присутствие чужого лишь показалось. Я могу этому посодействовать, ибо заинтересован в скорейшем разрешении конфликта.
   — Не получится. Если она уже почуяла появление чужого, то не сможет с этим смириться. Ведь она одна из семи, — полковник встал, оказавшись неожиданно высокого роста, прошелся по салону, остановился напротив меня. — И если ты один из семи, то тоже… Но нет. Ты не можешь им быть. Я бы почуял.
   — Я же спокойно общаюсь с одним из семи, — напоминаю ему.
   — Но, ты не такой, как они. И не такой, как я, — его взгляд вновь устремляется в меня, пытаясь вскрыть мою сущность. Но мне это даже не доставляет какого-либо дискомфорта.
   В голову приходит шальная мысль о том, что можно попытаться проделать с ним то, чему меня научила Катерина. А что? Нет, ну взять под контроль его оболочку, конечно, не получится, но может, удастся шарахнуть ему по мозгам, как это получалось с теми, кто сопротивлялся контролю. Все же не буду спешить.
   — Не забивай себе голову, — искренне советую ему. — Я сам как-то пытался размышлять на тему: кто же я такой. Но, в конце концов, бросил это занятие из-за риска сойти с ума. Подумай лучше, что будешь делать, если Катерина действительно не оставит тебя в покое. Эмигрируешь в другой мир? Кстати, а много их, этих миров? Похожи они на наш?
   Полковник сел, уставившись куда-то сквозь стену салона. Так он просидел не менее минуты. Я уже подумал, не покинул ли он оболочку, оставив меня наедине с телом, а сам уже слинял в иные миры. Но вот его взгляд вновь ожил. Фээсбэшник вынул из нагрудного кармана красный платочек и промокнул пот со лба. Вот почему эти бессмертные сущности не могут так перестроить тело, чтобы оно не потело?
   — Миров много, — заговорил он. — Но мне подходят лишь старые, подобно этому, в которых создатели редко проявляются в физическом состоянии. Найти такие миры непросто. Я легко могу найти миры, в которых уже бывал, но туда мне дорога закрыта.
   — Почему? — задаю возникший вопрос. — Я, конечно, не знаю, что ты творил в других мирах. Но почему ты не можешь сосуществовать в мире с создателями?
   — Так заложено Создателем. Семь сущностей создают свой мир, и каждая иная сущность вносит дисбаланс в его устройство.
   — Как восьмой?
   — Нет. Восьмой рождается энергетическим полем, создаваемым теми же семью сущностями. Это практически их же детище, способное уничтожить их мир, а возможно, и их самих. Я не могу это утверждать, ибо не знаю точно. А вот такой, как я, одиночка, не имеющий собственного