Сирена рабыня в гареме у Дракона господина

рулетку чуть полноватая рабыня, с раскосыми глазами, и длинными каштановыми волосами до ягодиц. Ей выпал синий. Девушку усадили на перекладину с шипами, сковали ноги, и два вассала попеременно охаживали ее плетью с двух сторон. Раскрасневшаяся рабыня, принимала удары, с нескрываемым восторгом, не переставая шептать слова благодарности. В завершение экзекуции, она раскрыла рот, с придыханием принимая вздувшуюся плоть вассалов.
Неудовлетворение промелькнуло на личике, только когда все закончилось, и она получила разрешение покинуть зал. На сегодня все завершилось для рабыни без долгожданной разрядки.
— Мара, твоя очередь, — глаза Ардока вспыхнули, и он даже немного наклонился вперед в предвкушении.
-Я позже… можно? – после всего увиденного, ей становилось дурно от одной мысли, что может подкинуть извращенное кольцо фортуны.
— Сейчас! – в ответ рык, не терпящий возражений, заставляющий кровь превратиться в лед.
Дрожащей рукой, сирена запустила белый шарик, и чем медленнее он крутился, тем больше утробный ужас сковывал тело. Шарик качнулся последний раз и замер.
— Коричневый, — зеленые глаза дракона поглотило пламя. Он медленно встал и направился к Маре, продолжавшей сидеть с широко раскрытыми глазами, не смеющей даже вздохнуть, от охватившей ее паники.
Глава 23
Судя по пылающим глазам дракона, Мара ожидала истязаний. Спрашивала себя, сколько боли она сможет вытерпеть? И старалась хотя бы внешне сохранить лицо, не давая мучителю насладиться ее смятением и страхом. Впрочем, старания были тщетны, по раздувшимся ноздрям Ардока, было видно, как он упоенно вдыхает ее запах дикого ужаса.
Мутант скинул с себя рубашку, свечи тут же очертили идеальный рельеф обнаженного торса. Приблизившись к пленнице, он молча протянул руку, увлекая ее в центр зала.
— Присядь, — голос тихий, хриплый обволакивающий, слишком обманчивый.
Мара в нерешительности села на скамью, закрыла глаза, ожидая ударов, и чувствуя за своей спиной шаги вассалов, которые что-то подавали дракону.
— Что ты собираешься делать? – сказала тихо, собираясь напомнить о договоре, но вовремя сообразила, что посторонним лучше подобного не слышать. Да и как говорил сам мутант, он способен мучить ее, не нарушая договоренностей.
В том, что Ардок не упустит возможности причинить ей боль, она не сомневалась. Нарочно расслабляет, усыпляет бдительность, чтобы впоследствии сильнее задеть. Все эти  мысли вихрем пронеслись в испуганной голове Мары, и когда она почувствовала легкое прикосновение к своим волосам, вздрогнула так, словно ее только что со всей силы ударили кнутом.
Дракон погрузил пальцы в шелковистые рыжие локоны, стал медленно массировать, вызывая дрожь во всем теле. Касания очень легкие, едва уловимые, грубые, длинные пальцы вдруг превратились в источник небывалой нежности. Мара неосознанно откинула голову назад, чуть не мурлыча от нахлынувших ощущений.
Ардок перебирал прядки, иногда чуть сильнее надавливая на одному ему ведомые точки, расслаблял, подчинял, теплая, успокаивающая энергия пронизывала тело. Когда большой и указательный пальцы сомкнулись на мочках ее ушек, внизу живота образовался тугой пульсирующий узел. Глаза Мары закрылись, ее обволакивало легкой сладкой дымкой.
Движения ускорились, дракон ловко перебирал пальцами, переплетая между собой локоны волос, вплетая в них что-то ощутимое, довольно тяжелое. «Он что делает мне прическу?», мелькнуло в затуманенной голове. Сирене на тот момент, хотелось только одного – пусть продолжает. Она никогда не представляла, что прикосновение к волосам, может быть настолько будоражащим, интимным.
Еще хотелось обернуться и посмотреть, поймать взгляд дракона, увидеть выражение его лица, но любую подобную попытку, он тут же мягко и в одночасье твердо пресекал, возвращая голову в исходное положение.
Когда руки Ардока спустились до кончиков волос, сирена уже забыла обо всех своих страхах, о людях, которое продолжали затаив дыхание наблюдать за ними. Ариадна, кусала пальцы, заглушая ревнивые стоны. Готовая пожертвовать чем угодно, лишь бы оказаться на месте рыжеволосой.
Неожиданно, что-то грубое обвило шею Мары, она вскрикнула от неожиданности. Веревка, довольно толстая и грубая, скользнула под мышки, и ловкие пальцы дракона стали заплетать причудливые узлы на плече, плавно спускаясь вниз. Он переплетал руку, едва касаясь кожи, ощущение грубой веревки, и теплых ласковых пальцев размывали и без того сильно пошатнувшиеся границы реальности. Это не веревка опутывала тело, это его похотливая энергия пронизывала каждую клеточку, забиралась в тайные уголки души, пробуждая