Сирена рабыня в гареме у Дракона господина

фантазии, заставляя еще острее чувствовать боль от неудовлетворенных желаний.
В зал плавной походкой вошла Ариадна, хищно оглядевшись по сторонам и завидев дракона, направилась к нему, выпятив грудь вперед.
— Я тебе почувствовала, господин! Мое сердце в очередной раз нашло дорогу к тебе! – встав на колени, поцеловала его свободную руку.
— Здравствуй, — он устало кивнул головой.
— Господин моего сердца, я пришла к тебе с мольбой! – глаза бестии тут же увлажнились, а голос стал плаксивым.
— Что у тебя случилось?
— У меня все горит внутри, и только ты можешь избавить меня от страданий! Мое лоно не дает мне спать ни днем, ни ночью, взывая к тебе! Сжалься, награди своей милостью! – она быстро скинула платье, продолжая стоять на коленях, раздвинула ноги.
— Ариадна, иди к себе, — он прорычал, со злостью сжимая плоть, корчившейся под его пальцами Кесси.
— Скажи зачем, зачем?! – бестия подняла руки вверх, захлебываясь рыданиями. – Ты, избавил меня от наказания, чтобы собственноручно обречь меня на еще большие мучения?! Дать шанс, подарить надежду, и потом безжалостно все отобрать?! Лучше сразу лиши меня жизни, вот прямо сейчас, — она склонила голову к полу, — Избавь от жалкого существования вдали от твоих ласк!
— Прекрати истерику!
— Это не в моих силах, боль рвется наружу! – и бестия еще сильнее запричитала.
Протяжно вздохнув, сверкнув красными глазами, Ардок процедил сквозь зубы:
— Подойди ближе, — вытянув руку ладонью вверх, поманил ее пальцем.
— Благодарю, благодарю, господин! – Ариадна тут же вприпрыжку подбежала, и расцеловала протянутую руку.
Дракон одернул ее поморщившись:
— Садись сверху.
Бестия раздвинула ноги, и зажав его руку начала самозабвенно тереться, испуская гортанные звуки и теребя соски. По руке Ардока полились соки. Зажатый с двух сторон рабынями, окруженной запахами их похоти, он еле сдерживал собственный крик отчаяния.
Сначала оргазм настиг Кесси, очень скоро точки высшего удовольствия достигла и бестия. Но вместо того чтобы отпустить его руку, она вцепилась ногтями, и продолжила бешеную скачку, пока еще раз не получила желаемое. Дракону с трудом удалось высвободить руку.
— На сегодня все! Кесси нужно к лекарю!
— Как скажешь, господин, — Ариадна сползла на пол и опустила голову. Волна возбуждения все нарастала. Ей казалось и вечности буду мало, чтобы удовлетворить ее похоть, скопившуюся за годы наказания.
Передав Кесси в руки Нэшу, дракон поспешил спрятаться ото всех в своей комнате. Завтра ему предстояло уехать к давнему другу на праздник. К сожалению, он уже ранее дал свое согласие, и не мог нарушить слова. Но его уже страшила разлука с предметом одержимости, пусть всего на одни сутки. Необходимо быстрее вырвать ее согласие, и утолить сжирающую жажду похоти.
Глава 38
Когда за Браули закрылась дверь, сирена бессильно откинулась на подушки. Что ей делать? Она так мечтала о свободе, и вот ей дают шанс. Мечта сама постучала в двери. Только имеет ли она право нарушить договор? Можно ли верить незнакомцу? И неужели все сказанное, правда? Неужели губы, руки, глаза Ардока так бесстыдно врали?
Как не грустно было признаваться – зерно правды в его словах было. Накануне дракон сам сказал – он зависим от похоти. Так чего она ждет? Он уверен в ее виновности. У него полный замок женщин, готовых по первому зову раскрыть свои тела, и принимать дракона столько раз, сколько он захочет. На что она надеется, на его милость? Симпатию? Глупо.
Ардок получит свое, сейчас он одержим азартом покорить, заполучить. Или все же есть что-то искреннее в нем? Возможно, следует присмотреться, проверить? Кого она обманывает, зачем ищет оправдания, своим постыдным желаниям?
Маре отчаянно хотелось еще хотя бы несколько раз ощутить его поцелуи, прижаться к телу, и вдохнуть дурманящий аромат. Она просто не может сейчас сбежать. По крайней мере, пока не убедится, что все сказанное Браули – чистая правда.
На заре измученное сознание отключилось, и сирена погрузилась в тревожное забытье. Разбудило ее нежное касание губ к виску:
— Все еще спишь? – раздался горячий шепот дракона над ухом.
— Угу, — пребывая в полудреме, когда тяжкие мысли еще не обрушились на голову, пробуждение его поцелуем казалось сказочным.
— Я зашел попрощаться, — он сел на край кровати, продолжая гладить ее по лицу.
— Не поняла? – Мара резко села и уставилась округлившимися сонными глазами на дракона.
— Улетаю сейчас, вернусь завтра днем.
— Ааа…
— Ты испугалась? – лукавая улыбка коснулась губ.
— Нет, — Мара задрала носик к потолку. – Обрадовалась, думала, ты решил меня отпустить!