Скандал в высшем свете

Спустя минут сорок Грейсон въехал в украшенные ажурным литьем чугунные ворота особняка на Гросвенор-сквер. Дом принадлежал графу Белширу. Отдавая поводья услужливому конюху, маркиз заметил, что шторы на больших полукруглых окнах плотно задернуты. Затянутый в ливрею дворецкий проводил посетителя в одну из пяти официальных приемных. Грейсон уже успел нанести визит в городской дом Найджела, но, увы, безрезультатно. Хозяин бесследно исчез.
Несколько мгновений маркиз стоял, наблюдая, как слуги осторожно, почти на цыпочках, пробираются по длинному коридору.
Дело в том, что пока маркиз даже не представлял, с чего начать. Но ведь кто-то должен защитить и саму обманутую девушку, и всю семью от неизбежного скандала. А поскольку именно он, Грейсон, старший и главный в клане Боскаслов, то, очевидно, сомнительная честь должна лечь именно на его плечи.
Мотивы благородного поведения маркиза трудно было назвать совершенно бескорыстными. С одной стороны, он надеялся избежать судебного разбирательства и, таким образом, избавить семью от скандальной известности. С другой же, надеялся положить решительный конец тому разрушительному поведению, к которому были склонны и он сам, и все его близкие родственники.
Появление неожиданного гостя несколько озадачило лорда и леди Белшир. Леди Белшир только что опустошила полбутылки шерри; черные, с проседью, волосы лорда беспорядочно топорщились, галстук сбился, но в остальном глава благородного семейства выглядел вполне прилично.
– Седжкрофт! Не хотите ли выпить? Уже нашли подлеца?
– Пока нет. – Грейсон заметил двух миловидных молодых особ, которые сидели на диване, изо всех сил притворяясь, что заняты вышиванием. Между стежками обе успели смерить маркиза такими ледяными взглядами, что тот мог бы окаменеть от ужаса. Девушки явно считали, что в силу родства именно он отвечал за безобразное поведение сэра Найджела и страдания старшей сестры.
– Я поручил поиски брату Хиту и попросил действовать как можно осторожнее и незаметнее, – пояснил Грейсон. – Если Найджел жив, то мы непременно разыщем его и заставим выполнить долг по всем законам общества.
Прикрыв рот рукой, леди Белшир икнула.
– Должна признаться, что буду рада, если его найдут мертвым; больше того – надеюсь на это. Во всяком случае, такой исход позволит оправдать подлое поведение по отношению к моей дочери.
– Мерзавец, – пробормотала одна из сидящих на диване сестер.
– Подонок, – чуть громче отозвалась вторая.
Краем глаза Грейсон взглянул на барышень. Складывалось впечатление, что те имели в виду не только сэра Найджела, хотя, видит Бог, кузена можно было обвинить во множестве недостатков, главным из которых оставалась все-таки глупость. Но подлецом его никак нельзя было назвать.
И поэтому казалось тем более странным и необъяснимым то обстоятельство, что парень бросил у алтаря такую красавицу, как леди Джейн. Может быть, дурачок испугался спокойного, элегантного достоинства прекрасно воспитанной и умной молодой леди?
Маркиз нахмурился и перевел взгляд на графа. Почтенный джентльмен тяжело опустился в глубокое кресло и посадил на колени толстого лохматого спаниеля.
– Мне бы хотелось поговорить с вашей дочерью, Белшир. Причем, если можно, наедине. Кто-то должен принести извинения от имени Боскаслов.
Грейсон не собирался просить согласия графа на свои дальнейшие действия – до тех пор, пока не раскроет свой план отвергнутой невесте. Если Джейн откажется, можно будет сказать, что он сделал все, что в его силах. Делиться намерениями с родителями не имело никакого смысла. Ни Афина, ни Хауард сейчас не смогли бы принять мало-мальски разумного решения, ведь сегодняшняя катастрофа окончательно выбила их из колеи.
Молодые леди дружно поднялись с дивана в едином порыве сестринской поддержки. Грейсон снова взглянул на них. Волосы одной из девушек выглядели почти золотистыми, с оттенком красного дерева, вторая же оказалась миловидной брюнеткой. Да, женская красота в этом доме – семейная черта.
– Ваше появление здесь очень некстати, – не скрывая раздражения, сказал лорд Белшир. – Может быть, перенесете извинения на другое, более удобное время?
– Когда всадник падает с лошади, – парировал маркиз, – ему обычно советуют как можно быстрее подняться и снова сесть в седло.
Леди Белшир поставила стакан с остатками шерри на столик у окна и с интересом взглянула на гостя:
– О каком именно седле идет речь, Седжкрофт?
Грейсон помолчал, стараясь как можно тщательнее подобрать слова, чтобы быть правильно понятым.
– Самая страшная ошибка, которую сейчас может совершить ваша дочь, –