Скандал в высшем свете

шею. Ему захотелось защитить девочку от всех возможных и даже невозможных обид и неприятностей.
– Хотелось бы назначить конкретную дату.
– Дату чего? – с улыбкой уточнила Джейн.
Пальцы Грейсона легли на ее грудь. Он удовлетворенно услышал, как тут же участилось ее дыхание.
– Дату создания свадебного торта. Что ты об этом думаешь?
Джейн заглянула любимому в глаза.
– А разве она не установлена тайным контрактом?
– Несмотря на весь свой деспотизм, этот важный момент я упустил.
– Удивительно, как другой деспот – граф Белшир – позволил его упустить.
– Думаю, исключительно потому, что пребывал в состоянии шока, – предположил маркиз и воровато поцеловал возлюбленную – всего лишь за пару секунд до появления вышеозначенного графа в паре с супругой.
– Вы собираетесь простоять здесь всю ночь или, может быть, все-таки поедете с нами в оперу? – громогласно потребовал ответа глава семьи, пытаясь ворчливым тоном скрыть удовольствие от того, что Джейн нашла друга и защитника в лице такого человека, как маркиз Седжкрофт. – Ничто не может оказаться хуже появления в ложе в самый разгар какой-нибудь особенно важной арии.
– Мы привлечем всеобщее внимание, когда бы ни появились, – вставила из-за спины мужа Афина, стройная и элегантная в белой атласной шали и голубом муаровом платье. – Все вокруг умирают от любопытства – желают знать, какой именно договор заключил Седжкрофт с нашей Джейн. Мне придется весь вечер отпускать колкости.
Афина оказалась права: уже через несколько секунд после появления всей компании в ложе последовала бурная реакция публики.
Даже те из присутствующих, кто считал себя в курсе событий, не могли понять, что же именно происходит. Лорд Белшир со всем своим семейством, красавица старшая дочь об руку со скандально известным маркизом. Но самое удивительное – юная особа выглядит совершенно счастливой, сияющей и уверенной в себе, что просто невозможно для той, кого уже записали в черный список погибших душ. Разве пару недель назад все газеты не кричали о том, что знаменитый аристократ занимался покупкой нарядов для любовницы? А болтливая продавщица не стала скрывать, что подслушала в салоне на втором этаже самый фривольный разговор, какой только можно себе представить… да, все дело происходило в известном салоне на Бонд-стрит.
Жены и дочери брали у мужчин монокли, чтобы как можно лучше рассмотреть платье Джейн, в котором наметанный глаз узнавал работу любимой модистки дам полусвета мадам Девине. Никто не смог припомнить, что видел это платье раньше. А тут еще этот непредсказуемый Седжкрофт поцеловал спутницу прямо в ухо! Словно специально, чтобы зрители не скучали. Да, он действительно при всех поцеловал свою даму – в тот момент, когда скандальная пара нагнулась, чтобы поднять оброненную Джейн программку.
– Все видели, – покраснев, прошептала девушка, когда маркиз поднял глаза и заговорщически улыбнулся.
– Твой отец не видел, – тоже шепотом ответил он, – а это единственное, что меня волнует.
– Сплетники скажут, что они, как всегда, правы, а газеты будут печатать о нас ужасные вещи.
– К счастью, сплетни не убивают, а не то я уже давно был бы на том свете.
Джейн притворилась, что изучает перечень действующих лиц и исполнителей, хотя сама в это время пыталась побороть желание ответить на поцелуй.
– Да, наверное, ты прав.
Маркиз важно откинулся на спинку кресла.
– Правда заключается в том, дорогая, что каждый, кто хоть что-нибудь собой представляет, очень скоро будет мечтать о приглашении на светские вечера, устроенные в доме маркиза Седжкрофта. А маркизой будешь ты.
– Неужели такое возможно? – удивилась Джейн, с улыбкой представляя, как вместе с супругом возглавляет светский раут в бальном зале дома на Парк-лейн.
– Я глава семьи, – продолжил Грейсон. – А значит, именно мне принадлежит привилегия наблюдать за тем, как рассаживают на устроенном супругой торжественном ужине всяких прочих Боскаслов. – Он наклонился и шепнул в самое ухо: – А супругой будешь ты.
Девушка заглянула в любимые глаза и почувствовала, как сердце переполняется почти пугающим счастьем. Да, глава клана Боскаслов принадлежит именно ей. И вся его многочисленная, яркая до пестроты родня достанется в наследство ее детям. Подобная перспектива могла довести до головной боли кого угодно, но Джейн всегда отличалась здравомыслием и способностью противостоять испытаниям судьбы.
– Как ты думаешь, кто из братьев женится следующим? Дрейк?
Голубые глаза потемнели до синевы.
– Пока что об этой чести мечтаю я сам. Возможно, мне придется заставить тебя испытать более сильные