Скандал в высшем свете

– Зачем? – пробормотал джентльмен, губами касаясь душистых, словно мед, волос. – Вы так хороши, амазонка сидит на вашей фигуре, словно перчатка на руке, а тела наши подходят друг другу и того лучше. Что же касается Саймона, – добавил он, неохотно отпуская добычу, – то, кажется, виконт вместе с группой молодых леди направляется к Серпентайну.
– Надеюсь, брат не упадет в озеро, – заметила Джейн. – Ведь всю дорогу бедняга качался на лошади, словно Шалтай-Болтай. Как бы мне хотелось, чтобы он женился на порядочной девушке!
Молодые люди пошли по аллее, время от времени обходя то бегущую за ребенком нянюшку, то неторопливо прогуливающегося в сопровождении слуг пожилого герцога. Грейсон заметил, как на соседней аллее появился барон Брентфорд; все гуляющие, словно по команде, обернулись к запряженному парой гнедых элегантному фаэтону. Маркиз тут же увлек спутницу в противоположном направлении. Почему-то один лишь вид Брентфорда порождал в его душе агрессивные собственнические инстинкты.
– Что вы делаете? – с неловким смехом удивилась девушка.
– Пытаюсь защитить вас от холодного ветра: он как раз дует в нашу сторону. Так продолжим разговор о Саймоне. Почему женщины считают, что именно женитьба способна исправить все мужские пороки?
– Потому что брак – краеугольный камень нашей цивилизации, – рассеянно ответила Джейн, глядя в сторону.
Грейсон обернулся, и лицо его потемнело от гнева: барон сбавил скорость своего щегольского фаэтона и, притворяясь, что пытается справиться с лошадьми, в упор, тяжелым взглядом смотрел на мисс Уэлшем. Неужели бездельнику недостаточно разговора на балу?
– Вы слишком внимательно смотрите на этого джентльмена, Джейн, – холодным, недовольным голосом заметил маркиз.
Девушка вздрогнула.
– Прошу прощения. Я и вправду засмотрелась, да?
– Да. Почему?
– Не знаю. Он первым начал сверлить меня взглядом. В такой ситуации трудно отвести глаза.
– Джейн. – Улыбка получилась натянутой, а голос звучал слишком бескомпромиссно. – Боюсь, что одному из нас придется раз и навсегда перестать засматриваться на молодых леди.
– Вы говорите о дуэли? Но не здесь же? – в ужасе воскликнула девушка, испугавшись, что маркиз воплотит угрозу в жизнь.
– Почему бы и нет? – легко возразил Седжкрофт. – На этих аллеях и раньше лилась кровь. В конце концов, в моей семье издавна привыкли следовать традициям.
Услышав такое признание, девушка схватила спутника за руку и увлекла на безмятежную зеленую лужайку, оставив далеко позади следующего по пятам лакея.
– Традиции обычно основаны на насилии и стремлении к удовольствию. Вместо того чтобы сражаться с Брентфордом, вы бы лучше представили моего брата какой-нибудь приятной молодой даме, способной оказать на него положительное влияние.
Попытка руководства позабавила маркиза; впрочем, повлиять на ход его мыслей этой особе, разумеется, не удастся. Если барон все-таки окажется серьезной помехой, Седжкрофт быстро с ним разделается – скорее всего, конечно, не в людном месте, но, так или иначе, уберет выскочку с дороги.
– По-моему, грядет еще одна проповедь благотворной роли священных уз. – Маркиз рухнул на траву и закрыл глаза, тут же театрально захрапев. – Я уже умер?
– Вставайте скорее, Седжкрофт! Газеты и так полны сплетнями!
Молодой человек открыл один глаз.
– А, снова сплетни? И что же, интересно, пишут о нас на сей раз?
Джейн торжественно сложила руки на груди.
– А то, что свадьба состоится в следующем месяце.
– И что же в этом плохого? Мне казалось, вы одобряете брак, а значит, все в полном порядке.
– Кроме того обстоятельства, что наша помолвка – абсолютная ложь, – поморщилась Джейн. – Не можем же мы дурачить людей вечно. А сейчас встаньте поскорее, пожалуйста, – так лежать просто неприлично.
Молодой человек устроился на боку, подставив под голову локоть. В расстегнутом сюртуке и свободной утренней рубашке он напоминал великолепного льва, разлегшегося на освещенной солнцем траве.
– А чем занимались вы с Найджелом, когда оставались наедине? – лениво поинтересовался он, не сводя со спутницы внимательного взгляда. – Рисовали натюрморты?
– Если вас это так интересует, то разговаривали. У воспитанных людей это обычно называется общением.
Маркиз сорвал травинку и лукаво прищурился:
– И какие же темы изволили обсуждать?
Девушка вздохнула.
– Жизнь. Книги. Любовь.
В последний год главной темой стала растущая любовь Найджела к гувернантке.
– Любовь Найджела к вам? – Седжкрофт словно услышал мысли собеседницы.
Джейн выдержала