Скандал

с трудом удалось сдержать охвативший его гнев.
– Тетя, не дразни меня. Это тебя не касается.
– Возможно, и так, – быстро согласилась Араминта и пожала плечами. – Эмили на тебя сердится?
Саймон встал и подошел к чайному столику. Он взял зеленый с золотыми узорами чайник и налил две чашки «Лэп Сэнга».
– Если уж совсем откровенно, то я не могу понять, что сегодня творится с Эмили… Она в странном настроении.
– Что ты имеешь в виду?
Саймон протянул Араминте ее чашку и, не садясь, отхлебнул изысканного напитка.
– Она встревожена. Измучена. Бегает повсюду с таким видом, будто у нее на уме нечто поважнее, чем катастрофа, грозящая ее отцу. Но сердитой она не кажется.
– Ну что ж, я полагаю, скоро ты выяснишь, злится она на тебя или нет.
– И каким же образом я получу столь ценные сведения? – пробормотал Саймон.
– Посмотришь, как она поведет себя в постели, разумеется. – Араминта многозначительно усмехнулась в свою чашку. – Она еще не начала отказывать тебе в своих ласках?
Саймон с изумлением почувствовал, что густо краснеет.
– Проклятье! Араминта, я не собираюсь обсуждать с тобой мою личную жизнь!
– Ну разумеется.
Он бросил на нее испепеляющий взгляд:
– Эмили не имеет понятия о том, как воспользоваться силой своего пола, для того чтобы что-то получить или чтобы наказать меня.
– Наверное, ты прав. – Араминта покачала головой. – Твоя графиня действительно чересчур наивна, чтобы прибегнуть к таким обычным женским уловкам.
– Будь так любезна, перестань повторять одно и то же, – в ярости сказал Саймон. – То, что у Эмили нет обычного набора женских фокусов, еще не означает, что она наивна, черт подери.
– А как насчет того, что она считает тебя идеалом мужа? Разве это не наивность?
– Черт подери, совсем… – Саймон хотел добавить еще что-то, но тут дверь библиотеки снова отворилась и в комнату впорхнула Эмили.
– Извините, милорд. Араминта, слава богу, вы здесь, – выдохнула Эмили. – Я только что узнала, что надо дать музыкантам список произведений, которые мне бы хотелось услышать во время приема. Я пытаюсь решить. У вас нет никаких предложений?
– Придерживайтесь Моцарта, моя дорогая, – посоветовала Араминта, поставив свою чашку и поднимаясь с кресла. – С Моцартом никогда не ошибетесь. Весьма изысканный композитор!
– Да-да, вы совершенно правы, – немедленно согласилась Эмили. – Мне как раз хотелось, чтобы прозвучала по-настоящему изысканная музыка. Ведь все знают, что Блэйд прекрасно образован. И все будут ожидать соответствующей музыки.
– И мы не должны их разочаровать, правда? – выходя из библиотеки вслед за Эмили, Араминта безмятежно улыбнулась Саймону.
Саймон остался в библиотеке один, снова и снова спрашивая у себя, почему он не испытывает того бурного триумфа и удовлетворения, которое должен был бы чувствовать в такой день.

Вести переговоры с шантажистом и одновременно готовиться к светскому приему и в самом деле многовато для женщины, мрачно решила Эмили, отправляясь на следующий день в литературный салон леди Тернбулл.
Пока экипаж подпрыгивал и раскачивался по мостовой, она в последний раз лихорадочно ломала голову, нет ли какой-нибудь другой возможности уладить дело с Крофтоном. Но в глубине души она понимала, что существует лишь один способ осадить шантажиста, лишь один способ защитить Блэйда. В тот миг, когда Эмили вошла в переполненную гостиную и встретилась в порочным, насмешливым взглядом Крофтона, она приняла решение окончательно и бесповоротно. Если она не сумеет убедить Крофтона отказаться от его планов, ей придется сделать решительный шаг. Она припугнет его так, чтобы он никогда не появился снова.
Эмили с трудом прогнала ком в горле и постаралась встретить взгляд Крофтона как можно спокойнее. Он выждал, пока беседа в салоне приняла оживленный характер, и отвел ее в сторону, к окну. Никто не обращал на них внимания.
– Так как, леди Блэйд? Вы придумали что-нибудь? – Крофтон отхлебнул кларета и посмотрел на нее из-под полуприкрытых век. Его жесткий рот выжидательно искривился.
– Ждите завтра в полночь на подъездной дороге по ту сторону ограды за нашим садом, мистер Крофтон. Дракон будет со мной…
– Дорожка довольно близко, а улицы будут запружены экипажами ваших гостей, – пробормотал Крофтон.
Эмили вздернула подбородок.
– То, что в доме и на улицах полно народу, вам только на руку. Никто не заметит еще одного человека. Я все устроила, мистер Крофтон, и не собираюсь отступать. Я хочу покончить с этим делом раз и навсегда.
Крофтон пожал плечами:
– Прекрасно, мадам. Значит, на дорожке. Не так уж