Скандал

вашим загородным домом? – Эмили взяла рюмку с бренди обеими руками, вглядываясь Саймону в лицо. – Какое поразительное совпадение…
– Как раз для записи в вашем дневнике. – Он сделал хороший глоток бренди.
Эмили прикусила нижнюю губу, не совсем уверенная, что понимает его настроение.
– Вы, наверное, были еще мальчиком, когда уехали?
– Мне было двенадцать.
– Почему же вы не сказали раньше, что дом когда-то принадлежал вам? Он пожал плечами:
– Сие обстоятельство не казалось мне особенно важным.
Эмили отпила бренди, снова нахмурившись. Она сердцем чувствовала: здесь что-то не так, но никак не могла понять, что именно… Ее романтическое воображение снова взяло верх.
– Очевидно, это странное совпадение – просто еще одно таинственное обстоятельство нашего рокового знакомства, милорд, – с решительным видом заявила Эмили после минутного замешательства.
Саймон бросил на нее проницательный взгляд:
– Рокового, говорите? Признаюсь, я не так силен в терминах романтической литературы, как вы. Может, поясните?
Эмили отпила еще бренди и начала вышагивать по комнате. Ее шелковые туфельки бесшумно ступали по ковру.
– Я должна сказать, милорд, что у нас с вами нет надежды на счастливый конец… И только по моей вине.
Он наблюдал за ней чуть прищуренным взглядом.
– Почему же?
Эмили так сильно стиснула свою рюмку, что у нее побелели костяшки пальцев. Дойдя до конца комнаты, она повернулась и зашагала обратно к столу, не смея взглянуть Саймону в глаза. Лучше быстро все сказать и покончить с этим раз и навсегда, решила она.
– Милорд, я сознаюсь, что самым бесстыдным образом ввела вас в заблуждение, отчаянно флиртовала с вами. Я бессовестно увлекла вас и позволила надеяться, что с радостью приму предложение выйти за вас замуж.
В комнате повисла недолгая напряженная тишина. Затем Саймон холодно спросил:
– Не хотите ли вы мне сказать, что не примете подобного предложения?
– Нет-нет, милорд. Совсем не то. – Она бросила на него страдальческий взгляд, повернулась на каблучках и снова храбро зашагала в противоположный конец комнаты. – Уверяю вас, я сочла бы подобное предложение большой честью для себя. Очень большой. Но совесть не позволяет мне допустить, чтобы вы его сделали…
– И как же вы намерены меня остановить? – поинтересовался Саймон.
– Рассказав вам правду о себе. Правду, которую, как я надеялась, вам уже давно должен был кто-нибудь сообщить. – Эмили на мгновение нахмурилась. – В самом деле, я не понимаю, как это никто до сих пор даже не намекнул о несчастном происшествии. Но раз уж добропорядочным жителям Литл-Диппингтона удалось держать рот на замке, я должна признаться во всем сама.
– Признание действительно обещает быть интересным, раз его понадобилось сделать тайно и глубокой ночью…
Со стороны столика с графинчиком послышалось нежное позвякивание хрусталя. Эмили отважилась искоса взглянуть туда: граф налил себе еще бренди. Она подумала, что один глоток ей бы тоже не помешал…
– Милорд, я постараюсь быть по возможности краткой, чтобы вы смогли, не теряя времени понапрасну, вернуться к своим собственным делам. – Эмили глубоко вдохнула, собираясь с силами. – Ужасная правда состоит в том, что вам нельзя просить моей руки… по той простой причине, что я… погибла.
– Погибли? На мой взгляд, вы в добром здравии. Здоровы как бычок!
Эмили крепко зажмурилась, остановившись перед книжными полками в дальнем конце комнаты.
– Вы не поняли меня, милорд, – тихо произнесла она. – Я стараюсь объяснить вам, что в глазах общества я погибшая женщина. Короче говоря, в моем прошлом был большой скандал.
– Скандал?
– Да, скандал, в котором замешан мужчина… Скандал столь ужасный, что, как заверила меня моя семья, ни один благородный человек – особенно если он, подобно вам, обязан блюсти свой высокий титул – не захочет жениться на мне.
Ну вот и все, обессилев, подумала Эмили. Сказано. Она ожидала бури, которая, конечно же, не замедлит разразиться. Граф Блэйд явно будет не в восторге от того, что по ее вине ему целую неделю пришлось разыгрывать столь глупую роль.
– Случайно, не о той ли глупости идет речь, которую вы совершили, когда вам было девятнадцать? – вкрадчиво спросил Саймон.
От смущения Эмили бросило в жар.
– Так вы слышали о происшествии, милорд?
– Уж поверьте мне, дорогая моя, я всегда стараюсь раздобыть как можно больше информации, прежде чем приступить к выполнению какого-нибудь своего замысла. Старинная привычка. Я приобрел ее за годы, прожитые на Востоке.
Она повернулась и уставилась на него, не понимая, как он может