Дождливой южной ночью Джейд Сперри пришлось пережить самое страшное, что только может случиться с девушкой, оказавшейся в руках трех молодых подонков. Поруганная честь, грандиозный скандал, личная трагедия заставляют ее бежать из дома куда глаза глядят. Джейд выстояла, но никогда, ни на минуту, не забывала этот сонный заштатный американский городок, где все — мужчины, женщины, дети — зависят от всесильной семьи Патчетт. Она так и не простила богатых негодяев, которые исковеркали ее жизнь. И однажды Джейд возвращается, чтобы отомстить. Чтобы освободиться от зла, которое жжет ее сердце. Чтобы вернуть утраченную жажду любви.
Авторы: Сандра Браун
она игриво слизала вино.
Его бабушка советовала выбрать девушку из баптистов. «Большинство из них добродетельны, – говорила она, – и не отягчены чувством вины, как католические девушки».
В случае с Деброй бабушка Берк была права. Моральные устои Дебры были такими же прочными, Как и закаленная сталь. Но она была чрезвычайно эмоциональным созданием. В своей большой, шумной семье она привыкла выражать свои чувства открыто, без стыда и застенчивости.
Диллону не терпелось вкусить эту пылкую, самоотверженную любовь. Мысль о ней возбуждала. Брюки, взятые напрокат, вдруг стали неудобно узкими. Он встал с кровати и прошел по плюшевому ковру к окну, из которого открывалась панорама центральной части Атланты. Смеркалось, по всему городу замерцали огни. Диллон глубоко вздохнул, наполнив воздухом широкую грудь. Господи, жизнь может быть действительно великолепной! Его – была. У него было трудное начало, но затем судьба улыбнулась ему.
Услышав, что открылась дверь ванной, он повернулся и увидел Дебру, стоящую в потоке золотого света. Ее светлые волосы прозрачным ореолом лежали вокруг головы. Когда она направилась к нему, ее груди с плавным очарованием покачивались под шелковой ночной рубашкой цвета слоновой кости. При каждом ее шаге легкая ткань на мгновение складывалась и задерживалась в углублении между ногами.
Он притянул ее к себе и поцеловал с нерыцарским жаром, просовывая язык между раздвинутых губ, и почувствовал вкус зубного эликсира.
– Что такое? – спросила Дебра тихо, когда почувствовала его улыбку на своих губах.
– Ты полоскала рот?
– Честно говоря, да. После того как приняла ванну и почистила зубы.
– Ты приняла ванну? – спросил он, тыкаясь носом в ее теплую душистую шею.
– Я думаю, что для новобрачной обязательно выкупаться перед тем, как предстать перед мужем.
– Ты хочешь, чтобы я принял душ?
– Нет. – Она вздохнула и наклонила голову в сторону, чтобы ему было удобнее целовать ее шею. – Я не хочу ничего другого, кроме того, что делаешь.
Он хмыкнул.
– Держу пари, что да.
Он положил руки ей на грудь и водил костяшками пальцев по ней взад и вперед, пока она не напряглась.
– Видишь? Я был прав. – Обхватив ее руками, он прижал к себе и страстно поцеловал. Подняв наконец голову, он сказал: – Я люблю тебя, Дебра.
Он полюбил ее почти с того момента, как впервые увидел. Они встретились в первый день осеннего семестра в Техническом колледже Джорджии. На выпускном курсе они были определены в продвинутую группу по английскому. У Диллона это был факультатив. Для Дебры, которая специализировалась в языке, этот курс по истории языка был обязательным.
После первых слов профессора Диллон понял, что ему предстоят сложности, чтобы изменить график занятий. Он не думал, что сможет в течение всего семестра выносить по три часа в неделю гнусавые интонации профессора.
Затем, опоздав на пять минут, влетела Дебра. Ее светлые волосы были спутаны ветром, щеки горели от смущения. Она извинялась, что не могла найти аудиторию, и запыхалась, потому что бегом поднялась на два этажа.
Диллон мгновенно почувствовал любовь и влечение.
После лекции, расталкивая других студентов, он помчался за той, которая заставила его забыть об изменении графика посещения занятий.
– Привет, – сказал он, догнав Дебру Ньюберри. Диллон запомнил ее имя, когда она назвала себя преподавателю, рассерженному ее опозданием.
Она посмотрела на Диллона глазами цвета Карибского моря.
– Привет.
– Чья ты?
Они подошли к лестнице. Дебра остановилась и повернулась лицом к нему.
– Не понимаю.
Отведя ее в сторону, чтобы не мешать другим, Диллон повторил свой вопрос.
– Я ничья, – ответила Дебра с такой интонацией, которая сделала бы честь хорошей актрисе.
– Никакого постоянного парня, мужа или кого-нибудь другого?
– Нет. Хотя я не понимаю, какое тебе до этого дело?
– Сейчас скажу. Хочешь спать со мной?
– Не знаю. Стоит ли?
Она могла бы просто проигнорировать его и спуститься вниз по лестнице. Могла бы разозлиться и дать ему пощечину. Могла бы оскорбиться и прочитать ему лекцию о сексе. Вместо этого ее реакция была как раз такой, на какую он и рассчитывал, кроме полной капитуляции, конечно: она превратила все в шутку. Он задал вопрос с такой подкупающей улыбкой, что она никак не могла обидеться.
За редким исключением, он нравился женщинам. Диллон скромно признавал это, потому что, в конце концов, ничего не мог поделать со своим красивым лицом. В этом виноваты гены. Он воспринимал свои карие глаза, как нечто само собой разумеющееся.
