Своенравная красавица и богатая наследница Николь Брэгг Шелтон не признает удушающих законов высшего света, и неукротимое желание бросает ее в объятия герцога Клейборо. Герцог потрясен дерзким поведением Николь, очарован ее пылким, свободным духом и невероятной чувственностью, но, вступив с ней в любовную связь, вовсе не намерен жениться. Однако Николь — не игрушка в руках мужчины. Она готова пойти на рискованный шаг, чтобы навечно завоевать сердце возлюбленного.
Авторы: Джойс Бренда
к восемнадцати тридцати. Если вы не возражаете, мы могли бы встретиться в Красной гостиной и выпить шерри перед ужином в девятнадцать тридцать. Ужин в двадцать часов. Конечно, если все это вас устраивает.
— Да. Прекрасно, — сказала Николь, немного смутившись.
— Вы можете менять здесь все, что вам захочется, Николь, — сказал тихонько герцог, чтобы только она могла его услышать, Он давал понять, что ей предоставляется в его поместье полная власть наравне с ним.
А может быть, ему просто хотелось сделать ей приятное?
— Вам стоит только сказать мне, миссис Вейг или Вудворду, что бы вы хотели сделать.
Николь кивнула, глядя на него широко открытыми глазами.
Хэдриан не решался сразу уйти. Неожиданно ему захотелось поцеловать ее на прощание. Но это должен быть не вежливый клевок в щеку, а поцелуй настоящей страсти. С большим трудом он отказался от этого намерения.
Он жалел об этом весь день.
Очень скоро жизнь пошла своим чередом.
Николь просыпалась, когда Хэдриана уже не было — он занимался делами. Николь не видела его весь день, и встречались они на короткое время вечером в библиотеке на первом этаже. Она узнала, что он уезжает в свои имения после восхода солнца, а возвращается домой в полдень. Однако Николь считала, что не стоит его отвлекать, когда он находится в своем святилище, хотя иногда у нее возникало большое желание прийти к нему в кабинет.
Итак, в распоряжении Николь был почти весь день. После расслабляющей ванны — спешить все равно было некуда — Николь одевалась в присутствии миссис Вейг и под ее руководством, о котором она даже не догадывалась. Затем из своих апартаментов она спускалась к повару, чтобы обсудить с ним меню на день. Казалось, что это для всех имело чрезвычайно большое значение. После этого ей делать было нечего. Миссис Вейг и Вудворд со всеми работами по дому справлялись очень хорошо, поэтому Николь считала неразумным вмешиваться в их дела. Другим очень важным для нее занятием была подготовка платья к ужину. Правда, все ее хлопоты сводились только к выбору; в порядок его приводили, разумеется, слуги.
Она еще совсем недолго жила в этом доме, поэтому скучать ей не приходилось. Семиэтажный дом был огромен. Начав его исследовать в первый же день, Николь была далека до завершения знакомства со всеми его апартаментами.
Она как-то подумала, чтобы внимательно исследовать весь дом, ей не хватит жизни.
Еще она подумала, что было бы хорошо вместе с Хэдрианом верхом объезжать фермы, смотреть за сельскохозяйственными работами, побывать на скотоводческих фермах.
Эти мысли она отбрасывала сразу же. Ей и спрашивать ни у кого не нужно было, она сама знала, что герцогини не занимаются управлением своих имений. Возможно, что они и дома свои целый день не осматривают. Николь никак не могла догадаться, что же они все-таки делают.
В час дня она обедала одна. В первый день ей накрыли стол в большой столовой для официальных встреч и приемов. Ей там совсем не понравилось, было очень неуютно. Она одна сидела во главе стола, и несколько служанок под руководством Вудворда пода-пали ей обед из семи блюд. Вудворд улавливал каждое ее желание, чтобы сразу же его удовлетворить. Николь никогда много не ела, и у нее не было изощренного вкуса — к пище она была равнодушна. Больше в этой столовой она обедать не стала и попросила накрывать себе в музыкальной комнате.
После обеда она каталась верхом. Старший конюх был грубоватый низкорослый ирландец по имени Вильям О’Генри. Сначала он настаивал на том, чтобы в ее прогулках участвовало сопровождение из шести слуг в ливреях. От такой перспективы Николь пришла в ужас. А поскольку ее муж совершенно определенно разрешил ей все делать по своему усмотрению, то она настаивала, что будет ездить одна. О’Генри на это не соглашался ни в какую. Он боялся, что герцог его тут же уволит, если он выпустит герцогиню одну. В конце концов было решено, что О’Генри будет сопровождать госпожу на прогулках. А через некоторое время Николь нашла его общество даже приятным. Ирландец был просто прелесть: он не только был прекрасным наездником, но и довольно умным человеком. Он развлекал ее рассказами о выведении новых пород лошадей, скачках и охоте, рассказал несколько занимательных анекдотов о лошадях, за которыми он ухаживал.
Николь возвращалась к пяти часам, так как ей требовалось много времени, чтобы одеться к ужину. В тот первый день она попросила Ани немного пошпионить за герцогом. Девушка осторожно узнала, что хозяин к ужину еще не одевался и что его наряд состоит из мужской домашней куртки, брюк и домашних туфель. Это облегчало задачу Николь.
Горя желанием увидеть Хэдриана после их первой брачной ночи,
