Своенравная красавица и богатая наследница Николь Брэгг Шелтон не признает удушающих законов высшего света, и неукротимое желание бросает ее в объятия герцога Клейборо. Герцог потрясен дерзким поведением Николь, очарован ее пылким, свободным духом и невероятной чувственностью, но, вступив с ней в любовную связь, вовсе не намерен жениться. Однако Николь — не игрушка в руках мужчины. Она готова пойти на рискованный шаг, чтобы навечно завоевать сердце возлюбленного.
Авторы: Джойс Бренда
— Да. Так ты оденешь желтое платье? Я спущусь вниз, а то он должен быть с минуты на минуту.
Николь кивнула. Последние слова матери она уже не слышала. Тупо уставившись на дверь, она вдруг застонала от возмущения.
Он посмеет сюда прийти? Сюда? Это было слишком, этого вынести она не могла. Николь исступленно металась по комнате. Как же она сможет увидеть его после их последней встречи? Она не сожалела ни о чем, что сделала. Он убедился, что она именно такая, какой ее изображают сплетницы, что она не настоящая светская леди. Но почему-то ей стало очень стыдно. Она его ударила, а он в ответ поцеловал ее. Боже, а что она ему наговорила…
Вряд ли она могла возненавидеть кого-либо так же сильно, как герцога, но именно о его поцелуях она мечтала.
Было сладостно вспоминать о его поразительной красоте, жарких губах, лайковых руках и сильном, напряженном теле. Она не могла уснуть всю ночь. Он сведет ее с ума и погубит ее жизнь.
Особенно страшило то, что ее влечет к себе человек, которого она ненавидит. Она вспомнила разговор со своей кузиной Люси Брегг, состоявшийся два года назад, и паника охватила ее.
Летом 1897 года Николь со всей семьей выехали в Парадиз-Сити в штате Техас отмечать восьмидесятилетие ее дедушки Дерека Брегга. Николь и Люси были подруги и в отрочестве изредка встречались, когда Николь на месяц-два приезжала в Америку или Люси гостила в Англии. Обе девочки были большие любительницы шалостей. Они озорничали так, как не хулиганили никакие подростки-мальчишки Техаса, а может, и всей Америки. В то лето Люси сделала Николь потрясающее признание.
В день рождения Дерека Брегга украли его племенного коня, получившего не один приз. При этом был убит один из похитителей, а кучер, новый работник на ферме Брегга, был ранен. Его заподозрили в том, что он — преступник, бежавший из нью-йоркской тюрьмы, и арестовали.
Когда Люси изливала душу Николь, этот человек находился в местной тюремной больнице. Люси призналась, что Шоз Купер несколько раз ее целовал и что ей это очень понравилось. Правда, она добавила, что презирает его. Тогда Николь не могла даже представить, как это могут нравиться поцелуи мужчины, которого ты презираешь. Воспоминания о признании Люси еще более обострили ее переживания, так как Шоз Купер оказался невиновным и в июле следующего года собирался заключить брак с Люси. Выходит, что Люси только думала, что презирает этого человека, а на самом деле искренно любила.
Николь испытывала беспокойство не из-за того, что жаждет поцелуев герцога. Она боялась, что ее чувства были очень глубокими, гораздо глубже… Она не стала задумываться, глубже чего.
Николь могла отказаться выйти к гостю, но это было бы трусостью. Никогда она не была трусихой, не станет смущаться и сейчас. Она лучше умрет, чем струсит перед этим окаянным герцогом Клейборо.
Ани постучалась в дверь как раз тогда, когда Николь приняла решение, что не только спустится к обеду с их знаменитым гостем, но для такого случая и оденется надлежащим образом.
— Ани, скажи, какое платье мне идет более всего и какое из них самое смелое?
Ани разинула от удивления рот.
— Я не знаю, госпожа. Я должна их посмотреть.
— Тогда займемся этим тотчас же, — сурово сказала Николь, явно что-то придумав для себя.
Герцог вошел в фойе дома и передал свое пальто слуге. Его одолевали скверные предчувствия, но он очень вежливо поздоровался с графом, графиней и Чедом. Николь его не встречала. «Выйдет к обеду», — решил он. То, как складывалась ситуация, должно бы было принести ему облегчение, но почему-то не приносило. Шелтон налил себе и Челу бренди, жене — шерри, герцогу предложили чай: всем было известно, что он не любит крепкие напитки.
Герцог удобно устроился в большом кресле, Шелтон сел напротив.
— Как идет у вас работа в Чепмен-Холле? — спросил он.
— Я почти закончил ремонт. Через несколько дней возвращаюсь в Лондон.
— Вы быстро восстановили имение. Я помню, в каком печальном состоянии оно было совсем недавно.
— Да, действительно так.
Мужчины углубились в обсуждение вопросов, связанных с ремонтом. В это время открылась дверь и вошла Николь.
Шелтон широко открыл глаза от удивления. Чед поперхнулся бренди. Графиня, пораженная увиденным, произнесла сдавленно-приглушенно: «О…» Герцог не заметил ни их удивления, ни восторга — он вновь был во власти противоречивых чувств, Николь улыбнулась матери:
— Извини, я опоздала, мама.
Джейн поспешила к ней навстречу:
— Ничего, ничего. Пожалуйста, познакомься с нашим гостем.
Герцог поднялся с кресла. На ней было кораллового цвета платье с очень низким вырезом и без плечей. Оно больше подходило для бала, нежели для домашнего
